1995-й.
Приведем и прокомментируем три цитаты из вполне доступных изданий. Заглянем в предисловие к "Кыргызско-русскому словарю" Константина Кузьмича Юдахина: "Язык киргизского эпоса - это язык современных его сказителей. Кроме отдельных случаев архаической лексики, мы, пожалуй, не найдем в нем никаких отличий от современного киргизского языка: фонетика, морфология, синтаксис те же, что и в стихах современных киргизских поэтов".
К.К. Юдахин подчеркивает важную особенность эпоса кыргызов - его бытование, постоянную адаптацию импровизаторов - исполнителей к живой обы-денной речи.
Константин Кузьмич отстаивает и свое право филолога использовать фольклорную лексику: "Ведь киргизы до революции науки не знали. Фольклор и акыны (каждый по своему разумению) выражали народное миропонимание".
Да, это так: при практически, отсутствии киргизской письменности эпос, а это, прежде всего, миллионострочный "Манас", принял роль не только хранителя языка, но и мировоззрения.
Отстаивая необходимость лексического богатства своего словаря, К.К. Юдахин ссылается и на "запланированный перевод на русский язык эпоса "Манас". Вот тут уже без словаря справиться было бы трудно".
Неужели в 1965 году, когда он пишет эти строки, "Манас" еще… не переведен на русский?
В сколько-нибудь значительном объеме не только не переведен, но и встречает всякого рода подозрения, пренебрежение со стороны всесильной советской партократии.
От этой вехи отступим несколько назад, в 1954-й. Уже год, как нет с нами Иосифа Виссарионовича Сталина (26 т. II издания БСЭ подписан в печать 18 апреля), но как суровы обороты речи автора энциклопедической статьи, прямо донос в МГБ: "Манас" испытал значительное влияние феодально-клерикальной идеологии, особенно в 19 и 20 вв. Манапы, баи, муллы фальсифицировали народный эпос, вносили в него идеи панисламизма и пантюркизма.
"… "Манас" подвергся буржуазно-националистической и алаш-ордынской интерпретации (версия Сагымбая Орозбакова, Балыша Сазонова, Тоголок Молдо). Особенно отчетливо эти искажения отразились в эпизоде… "Великий поход".
Далее предлагается "запись новых народных вариантов, издание сводного текста". Ну, а, отбросив эвфемизмы, изготовление идейно-удобной версии. Можно представить себе, каков был бы этот "сводный" текст.
Сегодня варианты "Манаса" Сагымбая Орозбак уулу (по случаю даты был выпущен трехтомник) и Саякбая Каралай уулу обоюдно ценны для нас, как сохранившиеся фрагменты великого творения, полный объем которого трудно и представить. Вне подозрений насчет связей с мятежной Алаш-ордой и акын, манасчи Тоголок Молдо (1860-1942 гг.), которого пытались убить басмачи, разорили дом, увели жену. В 1960 г. в предисловии к сборнику его стихов (вышел в издательстве "Молодая гвардия") будет признано, что его творчество "сыграло большую роль в формировании классового сознания киргизской бедноты".
Третью цитату почерпнем в столь же общедоступном издании - энциклопедии "Ошская область" (Ф., 1987): " До Великого октября искусство манасчи-сказителей монументального киргизского эпоса "Манас" - не получило широкого распространения в южных районах, а некоторые горные племена киргизов даже не были знакомы с эпосом…" Откуда, из каких источников столь категоричные утверждения? Ведь, скажем, имя достаточно известного манасчи Балыша - из южного диалекта? А дальше - еще лучше: "Партийные организации придают большое значение преемственности традиций манасчи".
В этой энциклопедии не найдешь сведений об эпосе в разделе "Истории", мы цитируем раздел "Музыкальная культура", где "Манас" упомянут мельком, с явным желанием несколько дистанцироваться от него.
Тенденция сохранится почти до распада СССР. В многотомнике "История Всемирной литературы", ставшем лебединой песней советского литературоведения, в I томе, посвященном специально фольклору, эпосу, разумеется, уже не будет явных политических ярлыков, но "Манас" поругают: и поздний эпос, и воспет сам князь, а не его дружинники. И т.д. Критик словно и не заметит, что кыргызский эпос уникален, бытует, лексика освежается, есть вполне понятные анахронизмы, поскольку древность невольно осовременивается, героев слушатели жаждут видеть рядом.
Могучий "Манас", подобный главному персонажу и его надежным сподвижникам, уже не удержать было лаем из подворотни. Не взирая на воркотню критиканов, издаются и его варианты и на кыргызском языке, и в переводах. В Москве выходит и основательное академическое издание с параллельным текстом, в том числе (в 5-м томе) и эпизода "Великий поход". Научной сенсацией становится обнаружение эпизодов эпоса "Манас" в прозаической форме на таджикском языке в сочинении XVI в. "Маджму ат-таварих" ("Собрание историй") в восточном отделе библиотеки Ленинградского госуниверситета. Вскоре другой список той же рукописи найден в рукописном собрании Ленинградского отделения Института востоковедения АН СССР (забавна аббревиатура - ИВАН). Значит, "Манас" (а вместе с ним и продолжающие его "Семетей", "Сейтек") - не просто устная традиция, пятьсот лет назад жили те, кто собирал, записывал, переводил эпос.
Празднование 1000-летия "Манаса" в Кыргызстане (дата создания условна, определена ориентировочно историками, исходя отчасти из сюжета эпоса) способствовало широкой известности эпоса. В Азербайджане и Турции ему придали статус общетюркского. В Китае, где еще жив был великий манасчи Жусуп Мамай, напоминали о том, что и река Манас, и город Манас - это все-таки у них.
В августе 1995 г. в Кыргызстан на международный симпозиум "Эпос "Манас" и эпическое наследие народов мира" слетелись ученые 30 стран, чтобы отдать должное энциклопедии народных преданий и сказаний. А в итоге современная идеология Кыргызстана обогатилась выведенными из эпоса семью заветами Манаса. Вот они:
1. Единство и сплоченность нации.
2. Межнациональное согласие, дружба и сотрудничество.
3. Национальная честь и патриотизм.
4. Через кропотливый и неустанный труд и знания - к процветанию и благосостоянию.
5. Гуманизм, великодушие, терпимость.
6. Гармония с природой.
7. Укрепление и защита кыргызской государственности.
Эпос "Манас" и малые эпосы (их несколько) отныне можно было собирать, исполнять, изучать, не опасаясь ярлыков!
Но в 1995-м было не только это…
Первым важным документом года был УП об утверждении Положения о выборах глав местного самоуправления Бишкека и Оша. Северной столице с мэром повезло: избран Борис Силаев. Скандал с ошским самоуправлением и выборами 5 февраля его главы вспоминать не хочется.
Глава государства принял участие во всемирном экономическом форуме в Давосе, позднее участвовал в Алма-Атинском саммите глав государств СНГ, где утверждена концепция коллективной безопасности.
Первый тур парламентских выборов оказывается счастливым лишь для 13 кандидатов. Через две недели после него вторым туром заполняют