Информационно-аналитический
еженедельник

Издается с 7 ноября 1938 года

ночью
USD19/08660
EUR19/0873.220

Новости

Популярные публикации

Фотогалерея

Каталог

      • 2018-08-20

        Это наша с тобой биография

        Продолжаем знакомить читателей «ЭО» с историческими очерками нашего бывшего ответсекретаря газеты Владимира Львовича Пукасенко.

        «В МОСКВУ НА ВЫСТАВКУ»

        Просматривая подшивку «Ленинского пути» десятилетней давности (за 1988 год), я обратил внимание на корреспонденцию старейшего селькора газеты жителя Узгена Владимира Ивановича Макаревича. Его рассказ органически вписывается в события тридцатых годов и повествует о Всесоюзной сельскохозяйственной выставке, рекордах, ударном труде односельчан. Приведу воспоминания селькора целиком, с некоторыми сокращениями. Публикация эта заслуживает внимания. Называется она «В Москву, на выставку». Вначале автор рассказывает немного о себе, о своей работе секретарём правления колхоза «Красный Маяк» Узгенского района. Далее он пишет:

        «В тридцатые годы, не скрою, были и звонкие речи, лозунги, шумиха. Но был и по-настоящему ударный, какой-то вдохновенный труд. Вспоминаются страдные дни уборки урожая. Занята вся молодёжь. Шутки, смех, задорные прибаутки. Каждый хочет быть впереди. Круглые сутки всё гудело и охало на току. Никого в селе не удержишь - все в поле. И работали споро, весело, как-то празднично. В поле - с песней, и с поля - с песней.

        Когда в 1939 году было опубликовано постановление партии и правительства об организации Всесоюзной сельхоз-выставки, наши колхозники встретили его небывалым энтузиазмом. Забегая вперёд, скажу, что за два предвоенных сезона работы Выставки на ней побывали три представителя нашего колхоза.

        А с каким торжеством провожали и встречали мы своих посланцев! Это были настоящие праздники всего колхоза. И то сказать, участникам Выставки было что поведать односельчанам. И про Москву, и про удивительные достижения животноводов и земледельцев других республик, про встречи со знатными людьми, про многое увиденное и услышанное.

        От наших колхозных животноводов были двое посланцев на Выставку - доярка Мария Васильевна Подолякова, коневод Кирилл Тихопой. За высокие надои и сохранность телят Мария Васильевна неоднократно награждалась ценными подарками правлением колхоза и вышестоящими органами на совещаниях и слётах в районе, области, республике.

        В те же годы в нашей .области тоже проводились выставки достижений тружеников села... К ним готовились заранее, отбирались самые лучшие экспонаты. Если, к примеру, решали, какую отправить на районную выставку тыкву, то выбирали такую, что и трое здоровых мужчин едва могли взгромоздить её на телегу. Тут уж лишнего гектара не припишешь, чтобы «втереть очки» урожайностью. Корова-рекордистка, так вот она, на виду, выращена и выхожена заботливыми руками доярки. И надои молока были высокие. А ведь комбикормов и заварок разных не знали. Силос и тот только-только начинал входить в рацион кормления животных. Всему голова был честный, добросовестный труд крестьян.

        Это уже потом научились ловчить да изворачиваться. Дабы только отрапортовать наверх о выполнении плана, уберечь свою голову от нагоняя и гнева начальства.

        Наш коневод Кирилл Тихопой растил в колхозе первоклассных скакунов, которые и на республиканских скачках брали призы. Это был по-настоящему влюблённый в своё дело человек, и безупречный труд его принёс славу колхозу. На Всесоюзной выставке коневоды колхоза были отмечены дипломом, а Мария Васильевна Подолякова - за высокие по тому времени надои (более 3000 кг молока на корову в год) была награждена Малой серебряной медалью Выставки.

        Но, пожалуй, самым заслуженным нашим кандидатом на выставку был колхозный тракторист Авраам Иосифович Атаманов. На Выставку посылали его от Яссинской МТС, но это был наш односельчанин и работал на пропашном тракторе «Универсал» только в нашем колхозе на хлопковом поле. Авраам Иосифович был глухонемой, но это нисколько не мешало ему до тонкостей знать технику, вести обработку земли и посевов на самом высоком уровне и обеспечивать довольно высокие для тех лет урожаи хлопка-сырца. В рекордсменах наш колхоз не ходил - на круг получили по 20-25 центнеров сырца с гектара, но в бригаде, в которой я вёл учёт, в лучших звеньях снимали по 30-34 центнера сырца с гектара.

        Тракторист Авраам Атаманов в горячее время страды с рассвета до темна был в поле, его трактор не знал поломок. Один тракторист успевал обслужить все хлопковые плантации от посева до культивации и нарезки бороздок. Надо было видеть, как ревностно относился Атаманов к своему делу, особенно к посевной, к точности первой бороздки, от которой во многом зависит дальнейшая судьба качественной обработки посевов. И если отбивал он эту первую бороздку, то, словно снайперским выстрелом - точно по шнуру.

        В колхозе были и конные культиваторы, но ни одно поле не оставалось без глубокой двукратной тракторной культивации с нарезкой борозд для полива. И эту ответственную работу выполнял с особой тщательностью Авраам Иосифович Атаманов.

        В последнюю военную зиму случилась у нас беда. Трактористы в те времена сами добирались из сёл в МТС за запасными частями для своих тракторов. Если сложнее ремонт доставляли трактор в МТС и, опять же, сами его ремонтировали. Отбуксовал свой «Универсал» на «лечение» в МТС и Атаманов. В тот год, помнится, зима была лютая. Речонку нашу Заргерку сковало льдом. Ещё затемно вышел Абрамов из села в МТС да провалился в полынью. Кое-как выбрался на лёд и побежал не домой, а в МТС к своему трактору. Воспаление лёгких, горячка, смерть...

        А как он ждал конца войны и нашей Победы! Не жалел ни сил, ни здоровья... Односельчане не забывают своих первых стахановцев, у которых есть чему поучиться и нынешнему поколению».

        Вот так, с. любовью, рассказал Владимир Иванович Макаревич о трудовых буднях односельчан. Прав автор, в тридцатые годы были и звонкие речи, лозунги, шумиха. «Но был по-настоящему ударный, вдохновенный труд» Эти уж потом научились ловчить да изворачиваться Абы только отрапортовать наверх о выполнении плана, уберечь голову от нагоняя, гнева начальства»,,

        Простым, честным труженикам нечего было ловчить. Они отдавали свои силы делу укрепления экономики Родины, стремились к лучшей жизни, куда не уставала их звать партия. Вот почему и поныне у людей старшего поколения сохраняется ностальгия по прежней жизни, где всё было так чисто, прекрасно, звонко. Плохое забывается быстро. Хорошее помнится долго.

        ДЕЛА ГАЗЕТНЫЕ

        Вместе с областными газетами большую пропагандистскую работу вели и районные, многотиражные газеты, стенная печать. «Ленинский путь» немало уделял внимания тому, как идут дела у его «младших братьев». В обзорах печати, на совещаниях рабселькоров, редакторов стенгазет журналисты «Ленинского пути» старались не только поделиться своим опытом, но и привлечь к активному сотрудничеству в областной газете работников сельских газет, а где требовалось, и встать на защиту журналиста с периферии.

        Под огонь критики «Ленинского пути» нередко попадали районные комитеты партии, которые не заботились о своих газетах, не помогали, не поддерживали их. Поучительна в этом плане корреспонденция «Беспризорная газета» («ЛП», 12 февраля 1939 г.). «Ленинский путь» негодует по поводу удивительной беспечности Узгенского райкома партии по отношению к своей газете «Ленин жолу».

        «Ленин жолу», - пишет «ЛП», - это лист бумаги небольшого формата с общим тиражом 380 экземпляров, выходящий 4 раза в месяц вместо положенных 6 раз. На страницах газеты, кроме устаревших материалов КирТАГа и перепечатанных из республиканских газет статей, читатель ничего не видит. Узгенский райком партии и его секретарь тов. Бедов совершенно недооценивают значение районной печати. Райком даже не позаботился о том, чтобы подобрать грамотного коммуниста на должность редактора, поручив эту работу председателю РИКа(?!) тов. Ишиеву, который аккуратно получает в месяц 250 рублей и ничего не делает. Газету «делает» малограмотный беспартийный тов. Сеитов - единственный работник редакции».

        По нынешним временам такое замечание областной газеты вызовет разве что скептическую улыбку. Но в те годы, да и вплоть до конца 80-х годов, это было серьёзным обвинением партийного комитета, его секретарей в политической близорукости. И руководителям Узгенского райкома партии здорово попало. Партийный комитет любого ранга (имевший газету) обязан был неустанно следить за работой редакций своего печатного органа, подбирать соответствующие кадры, направлять их работу. И упаси Бог, какому секретарю, ведающему вопросами идеологии, пустить дело на самотёк - не миновать грозы.

        Другое дело, что в те годы не так-то просто .было найти, подобрать работников, более или менее знающих газетное дело. Обычно на должность редактора ставились коммунисты, умеющие относительно грамотно писать справки, постановления, различные обращения, письма. Уже потом, в процессе работы, такой выдвиженец-редактор понемногу овладевал азами газетного дела. Да и то, если он проявлял к нему интерес. Что же касается заботы партийного комитета о своей газете, то и здесь, в силу того, что в самом райкоме, обкоме партии часто не находилось знающих специфику газетного дела работников, эта работа большей частью сводилась к бестолковому дёрганью редакционного коллектива по самым пустячным вопросам, всякого рода указаниям, часто противоречащим друг другу. По сути дела, такая «забота» лишь мешала творческой работе газетчиков.

        Хорошо ещё, если работники партийного комитета, курирующие над газетой, были добропорядочными, честными и самокритичными людьми, которые не считали для себя зазорным и унизительным посоветоваться с газетчиками, совместными усилиями выработать нужное решение, определить направление, тематику публикаций по тем или иным жизненно важным вопросам. Надо сказать, что Ошский окружком и потом - обком партии - вплоть до конца пятидесятых годов умело руководил своей газетой, всячески помогал и поддерживал её. Секретари, заведующие отделами обкома партии. Многие инструкторы считали для себя честью выступать в газете. Секретарь окружкома Е.С. Некуев, секретари обкома Н.Г. Нарожный, Г. Сулейкин, заведующие отделами К. Лупин, И. Бакиев, В.П. Москвитин и многие другие оставили о себе добрую память умелых, понимающих значение печати руководителей.

        Ну, а если в числе кураторов находились самолюбивые, не терпящие возражений и даже дельных советов работники, тогда газетчикам приходилось туго...

        Живой интерес вызывают опубликованные в 1939-40 годах объявления, справки, извещения. Иные порой вызывают недоумение. Сейчас просто невозможно объяснить, как такая публикация вообще могла появиться в газете.

        Например, «Извещение», Окружной комитет партии просит явиться Шарипова Абдулда с гор. Ош, в ОРПО окружкома партии по делу апелляции. Метёлкин. Зав. ОРПО Ошского окружкома КП(б) Киргизии».

        Это ж надо! Через газету окружной комитет партии приглашает на беседу человека. Вот и думай. Либо окружком настолько «перегнул палку» по отношению к коммунисту (вполне возможно), что решил вот таким демократическим путём несколько сгладить свою вину. Либо этот документ оказался в бумагах редакции, и его по ошибке «тиснули» в газету (и такое не исключено).

        Или вот такое объявление: «Фотограф Зюбенко, работавший на Ленина, 30, перешёл обратно на Советскую, 20. Заказы принимаются ежедневно».

        И ещё. «На пасеке гр-на Булатова, 42-клм., поворачивая вправо по Гульчинской дороге, пристала 1 июня с. г. свиноматка примерно возраст полутора года, белая без примет. До 1 июля хозяин может явиться и получить её с возмещением расходов».

        Подобных публикаций в «Ленинском пути» тех лет немало.

        «Редакция газеты «Ленинский путь» доводит до сведения рабкоров, что они могут получить причитающийся гонорар за напечатанные статьи и заметки в газете. Выплата гонорара производится в помещении редакции 20 числа каждого месяца».

        Видимо, столь необычное с нашей точки зрения объявление редакция поместила потому, что тогда люди писали в газету, не помышляя об оплате, подчас даже не зная о том, что за опубликованный материал выплачивается авторский гонорар. Это уже потом, много позже, появились «авторы», которые, нимало не стыдясь, требовали выплачивать им гонорар (да ещё и повышенный) за статьи, написанные за них либо непосредственно подчинёнными им работниками, либо журналистами. Большей частью это были чиновники партийно-советского аппарата.

        Шло время, у газетчиков, постепенно накапливались знания, опыт, умение сопоставлять факты, анализировать события, готовить к печати уже не только информации, всякого рода сообщения, лишь констатирующие события, но и глубокие по содержанию статьи, корреспонденции, репортажи. Однако не обходилось и без срывов. В журналистском корпусе областных газет ещё не всё было благополучно.

        В апреле 1940 г. в «Ленинском пути» было опубликовано постановление бюро обкома партии «О заметке в областной газете «Кыргызстан большевик» «Служебное положение используется в личных целях». Суть в следующем. «Кыргызстан большевик» доверился своему работнику Базарову, который состряпал клеветническую заметку об управляющем Госбанка тов. Чернобай, который, якобы, использует своё служебное положение в корыстных целях. Тот, естественно, пожаловался в обком. Назначили проверочную комиссию. Ни один факт, приведённый в заметке, не подтвердился. Наказание виновных в клевете было суровым. Зам. редактора «Кыргызстан большевик» Турсункулов, который санкционировал публикацию заметки, получил строгий выговор с занесением в учётную карточку. Автор заметки Базаров был снят с работы, облпрокурору Искандерову обязывалось привлечь Базарова к уголовной ответственности. Редакторы всех трёх областных газет обязывались впредь с особой тщательностью проверять критические материалы - и своих сотрудников, и внештатных авторов.

        ТАКИЕ РАЗНЫЕ ПИСЬМА

        Коллектив «Ленинского пути» жил своими повседневными заботами, «воевал» с типографией, которая никак не могла наладить регулярный выпуск газеты, вёл переписку с рабселькорами и читателями, готовил к публикации очередные материалы. В 1939 году коллектив редакции пополнился новыми работниками, расширился и круг внештатных авторов. Часто выступают в газете Соколов, Тищенко, Богатырёв, Катышевский, Путилин, Авдеев, Юре, Никифоров. И газета постепенно меняет свой облик, на её страницах появляются новые рубрики, становится направленней тематическая публикация материалов.

        18 января 1939 года газета вышла с более компактным, графически чётким заголовком. Но пока плохо с иллюстрацией. Публикуются только снимки ТАСС, ибо в местной окружной типографии всё ещё нет своей цинкографии. Нет пока и штатной должности фотокорреспондента. И лишь в августе 1940 года впервые в «Ленинском пути» появились снимки собственного корреспондента К.Чеботарёва. С большим интересом смотрятся сейчас те фотографии - на берегу Комсомольского озера, здание Ошского полеводческого (сельскохозяйственного) техникума, Ошский учительский институт (ныне - один из факультетов ОшГУ), участники физкультурных соревнований в честь 20-летия комсомола Киргизии, передовые хлопкоробы и др.

        С начала 1940 года в «Ленинском пути» начали регулярно публиковаться письма читателей. Небезынтересна форма их подачи. Для наглядности приведу только два коротких ' письма, опубликованных в «Ленинском пути» 22 марта 1940 года.

        «Инспектор Узгенского райфо т. Лубков, - пишет нам читатель К., - часто прогуливает из-за пьянства, и всякий раз имеет от врача Караваева справки «о болезни». Когда обратились к врачу по этому поводу, тот ответил: «Я обязан освобождать от работы не только охмелевших, но и пьяных, лишь бы у него был обезображенный вид».

        «При выборах месткома в Узгенской МТС, - сообщает читатель 3., - на общем собрании присутствовало менее половины членов профсоюза. И всё же собрание провели. К общему удивлению всех оказалось, что избранный новый председатель месткома не член профсоюза».

        Это что! На моей памяти куда более анекдотичный случай. Не помню точно в каком году (я уже работал тогда инструктором Ошскош обкома партии) на областной партийной конференции приводился такой факт: при проведении Алайской районной партийной конференции , в числе её делегатов оказалось двое беспартийных. Смеху, шуму в зале было тогда предостаточно.

        Беспокоит редакцию и характер поступающей в газету корреспонденции. 19 апреля 1940 года «Ленинский путь» по этому поводу опубликовал большую редакционную статью «Почему редакция не помещает всех писем в газете». «Ленинский путь» делает анализ редакционной почты и замечает: «Первая группа писем - та, в которых читатели затрагивают сугубо частные, мелкие вопросы, не имеющие общественного значения: у кого-то не закрывается плотно дверь в квартире, повалился забор, одолели мыши... Такие письма не публикуются, но направляются редакцией в соответствующие организации для принятия мер.

        Вторая группа писем - это такие, в которых авторы хотят доказать, что в их учреждениях, предприятиях, хозяйствах, районе нет ни одного честного человека кроме их самих. Все - жулики и лодыри, мошенники, преступники. Редакция с сомнением относится к таким письмам, не публикует их, но старается проверить факты. И почти всегда убеждается в том, что обвинения придуманы.

        Бывают и такие факты, когда в редакцию приходят люди с жалобой на всех и вся. При проверке выясняется, что сами жалобщики отъявленные пьяницы, хулиганы, прогульщики. И эти письма не идут в печать.

        И третья группа писем, которая заслуживает внимание общественности. В них поднимаются дельные вопросы, но, на беду, очень часто редакция не может их опубликовать по той причине, что авторы скрывают свою фамилию, место работы, а подписывают: «приезжий», «колхозник», «прохожий» и т. д. В итоге - редакция даже не может сообщить автору о судьбе его письма. Ведь и адреса автора нет. Хотя нередко из таких анонимных сообщений, после проверки названных фактов, редакция черпает темы для своих выступлений».

        Из этой публикации вырисовывается довольно характерная картина: подавляющее большинство писем в редакцию носит явно иждивенческий характер, немало и таких, которые преследуют цель с помощью газеты свести с кем-то личные счёты, кому-то «насолить», отомстить. А это уже серьёзно, это - наглядное подтверждение пагубного влияния командно- бюрократической машины на сознание людей, которое в дальнейшем привело к всеобщей безответственности, верхоглядству, беспринципности.

        В одном из номеров «Ленинский путь» поместил объявление: «Просим товарищей, приславших письма в редакцию, сообщить свой точный адрес, имя, отчество, фамилию». Но такой призыв, как и следовало ожидать, повис в воздухе. Причина затронутого вопроса имела куда более глубокие корни. Анонимки - характерное явление того времени... Напуганные произволом и вседозволенностью властей, люди просто боялись высказать своё мнение, покритиковать те или иные недостатки, хотя верили и надеялись на силу и авторитет газеты... Ведь факт, что именно в редакцию и по сей день обращаются за помощью и поддержкой люди после того, как пройдут весь бюрократический круг всевозможных инстанций, видя в газете последнюю возможность найти справедливость. Это было на протяжении всей истории нашей печати.

         МАЛАЯ, но БОЕВАЯ

        В тридцатых-сороковых годах особой популярностью пользовались стенные газеты. Малая пресса ближе всего стояла к трудовому коллективу, отражала его чаяния и заботы, являлась действенным средством в развитии гласности. Малые тиражи районных, областных газет которые не могли дойти до каждого труженика, разность масштабов задач, которые решает «большая пресса» и стенгазета, тоже имели своё значение. Поэтому уровень, злободневность стенгазет были первейшей заботой «Ленинского пути».

        Журналисты областной газеты, многие из которых начинали свой творческий путь именно с редколлегий стенгазет, с удовольствием помогши своим младшим товарищам, подсказывали нужные темы, не чурались и черновой работы - отредактировать заметку, придумать заголовок, нарисовать карикатуру. Немало редакторов стенгазет завязали тесную дружбу с редакцией «Ленинского пути», нашли в лице её сотрудников верных советчиков и помощников.

        И если случалось где встретить пренебрежительное отношение к стенгазете, «Ленинский путь» не давал спуску виновникам.

        «Шелкопряд» (стенгазета бывшего шелкотреста) критиковала работников планового отдела треста за то, что они больше бездельничают, чем занимаются делом. Плановику Альбересу это не понравилось, и он через всю заметку сделал на газете хулиганскую надпись. Ни секретарь парторганизации грензавода Ташматов, ни председатель месткома Кузнецов на это не обратили внимания. Это подорвало престиж газеты, и многие стали на неё смотреть, как на пустой листок бумаги. «Шелкопряд» сделал замечание уборщице за плохую работу. Та тоже по дурному примеру написала на газете нецензурную брань, а потом и заметку сорвала...

        Стенгазета областного суда «За социалистическую законность» поместила заметку «Будьте вежливы, тов. Аимбетов». В ней говорилось, что руководящий товарищ Аимбетов свысока смотрит на подчинённых, даже не отвечает на их приветствия. Это возмутило чиновника. Редактора стенгазеты Ибатулину он довёл до слёз, приказал немедленно снять стенгазету. По этому поводу в облсуде даже созвали экстренное внеочередное партийное собрание, на котором зам. председателя облсуда тов. Маркелова, подхалимствуя перед начальством, всяко пыталась убедить коммунистов, что Аимбетов прав.

        «Ленинский путь» с возмущением писал в январе 1940 г. об этих фактах и требовал от отдела пропаганды Ошского горкома партии принять самые серьёзные меры.

        Досталось и партийным, советским руководителям Наукатского района за безответственное отношение к стенгазете Наукатского райисполкома. Редколлегия этой стенгазеты превысила свои полномочия, взяв на себя роль районной. Ко всему прочему заметки в ней помещались безграмотные, с грубыми политическими ошибками. «Наукатский райком партии и президиум райсовета, - вещала стенгазета, - на протяжении длительного времени ведут ожесточённую работу по подготовке к весеннему севу. На этот счёт РК и РИК провели достаточно совещаний, заседаний и инструктажей».

        «Да, - иронизирует «Ленинский путь», - заседаний проведено более чем достаточно, а сев в районе провален. Видимо, «ожесточённая» работа райкома и райисполкома заключается в том, что в хозяйства посылаются многочисленные уполномоченные, которые ничего не делают, только сидят в чайханах».

        Не мог пройти «Ленинский путь» и мимо такого факта, когда стенгазета «За качество» Ошской шёлкомотальной фабрики выпускалась на русском языке, а более 90% рабочих на фабрике - коренной национальности. Многие вообще не владеют русским языком. Какая польза от выступлений стенгазеты, заметки в которой никто, по сути, не читает? Наверное, следует подумать о том, - замечает «Ленинский путь», - чтобы наряду с русской выпускать стенгазеты на киргизском и узбекском языках.

        Богата история малой прессы Ошской области. Всякий раз, когда в День печати проводились в Оше выставки стенгазет, это было впечатляющее зрелище. Огромные помещения, которые отводились под выставку, по стенам от пола до потолка заполнялись красочно оформленными, с любовью и с выдумкой выполненными газетами. Школы, учебные заведения, предприятия и организации, хозяйства близлежащих районов почитали за честь выставить свои стенгазеты на таких выставках. И специальное жюри долго изучало каждый представленный номер, определяло лучших, присуждало редколлегиям призы и памятные подарки.

        Долгие годы выходили неизменными победителями выставок стенгазеты управления автодороги «Памирский тракт», филологического факультета тогдашнего педагогического института, Ошского сельхозтехникума, ряда строительных организаций, школ города.

        «Ленинский путь» сам, естественно, не принимал участия в таких выставках, хотя имели свою стенную газету «Журналист», возраст которой насчитывал несколько десятков лет. Сравниться с этой стенгазетой не могла ни одна другая в области. Без преувеличения можно сказать, что это был шедевр малой прессы. Все свои способности, выдумку, талант, юмор, злую сатиру журналисты «Ленинского пути» щедро выплёскивали на многометровое полотнище «Журналиста». Каждый выпуск стенгазеты становился событием в жизни редакционного коллектива. Все забрасывали свои дела и устремлялись к стенгазете. Здесь стоял гомерический хохот над удачной карикатурой, едкой репликой в адрес редактора или его заместителя, оплошавшего зав. отделом или ответсекретаря. Спуску не давали никому. Конечно, по заслугам. Об этой стенгазете можно было бы написать многое, ибо она освещала всю многогранную жизнь редакционного коллектива, не обходила молчанием даже «запретные» зоны работы редакции.

        Вся малая пресса области, да и не только области, прекратила своё существование в годы начавшейся в стране перестройки. Не стало «руководящей и направляющей», не стало и её печатных рупоров. Стенгазеты войдут в историю нашей жизни как своеобразная форма идеологического воздействия на трудовые коллективы. В иных местах стенгазеты играли заметную роль в оздоровлении морального климата коллектива, но всё же большей частью и это доброе дело оказалось подвержено рутине и формализму. Вспоминаются капитально выполненные стенды для стенгазет, под стеклом, с висячим замком. Строго определённые размеры для обязательной передовой статьи, выступлений передовиков производства, приказа руководителя и в конце - нарисованный конверт с призывом писать заметки в стенгазету. Никого такая газета не трогала, ею никто не интересовался, и выпускалась она «под нажимом» только по праздничным дням. Всё это и свело на нет, в общем- то, доброе дело.

        Владимир ПУКАСЕНКО,

        журналист, участник Великой

        Отечественной войны

      Все материалы