Информационно-аналитический
еженедельник

Издается с 7 ноября 1938 года

ночью
USD28/0456.97-0.6576
EUR28/0462.17-0.6612

Новости

Популярные публикации

Фотогалерея

Каталог

    • За завесой непознанного мира

      2015-02-0101285В этом мире и в нашей жизни много таинств. Нет ни одного человека, который хотя бы раз не поймал себя на мысли: "Странно, что это было?!"

      А те, которые отличаются от нас, считают, что все такие, как они, и пройдет немало времени, пока к ним придет осознание разницы их мировосприятия и других людей вокруг…

      В то время, когда с экранов советского телевидения транслировали сеансы Кашпировского, Чумака, в 1992 году я по киргизскому радио услышала непростую биографию молодой женщины Алмакан Бековой.

      А познакомились мы с ней лишь19 сентября 2014 года. Есть в нашем городе истинный рыцарь, полковник МВД в запасе, советник государственной службы 1 класса, автор трех назидательных книг духовно-нравственной установки Маматибраим Самиев. Он всегда знакомит меня и поэта Малику Камилову, переведшую "Манаса" Мара Байджиева на узбекский язык - с интересными людьми редких дарований. Разведчик в хорошем смысле, у которого все и всегда на виду. Вот и на этот раз он по-чеховски "угостил хорошим человеком".

      Алмакан пригласила нас в кафе, дабы там продолжить мои воспоминания - пересказ ее интервью 22-летней давности. Я не только пересказала, а наутро написала в новый номер альманаха "Ош".

      - Эже, может, вы посмотрите мои записи, может, вместе с газетными публикациями и информацией в интернет-сайтах можно что-то предложить читателям…

      7 страниц рукописи отрывочных воспоминаний, самобичующая исповедь о своих ошибках и неправедных поступках, признание того, что реально отсутствующие знания, образование, долгая болезнь сделали свое дело, когда она не оценила прорыв от Бога.

      Весьма активная жизнь в начале суверенитета, популярность и востребованность вплоть до самых верхов, и Алмакан - героиня газетных страниц, телеэфиров. Потом бегство из страны. Разные взгляды и в интернет-сайтах: сочувствующие, сожалеющие, скептические. Но чаша весов из благодарения, признательности и хороших пожеланий исцеленных, спасенных все-таки значительно перевешивает негативные суждения, и, я думаю, что это все имеет право на жизнь и память.

      Я решила отстраниться от всего былого и пообщаться лично, узнать поближе женщину: при абсолютно разных биографиях у нас с Алмакан были неожиданные точки соприкосновения в преодолении несказанной жестокости в обществе и глубокого сожаления об утраченном времени.

      Алмакан - толерантный, легкий человек в общении. Жизнь селекционирует наши качества, действия, слова, поступки и со временем все данное свыше и приобретенное, осмысленное становится нашей позицией и моралью.

      …Ее родителей поженили в послевоенное время, и так получилось, что рожденные ими четверо детей жили по полгода и умирали от непонятной язвы на шее. Невежественное отталкивающее восприятие их семьи не могло долго продолжаться. Сведущие старики в открытую сказали им, что надо поменять место жительства, дабы "заблудилось" родовое проклятие.

      Из Узбекистана, где отец работал в одной из районных прокуратур, переехали они в киргизский аил, где отец порой не гнушался пасти коров односельчан.

      И здесь один ясновидящий, наблюдавший тоску и боль приезжей семьи, предложил найти рыжую козу для жертвоприношения. В момент ритуала специально прибитый кол вместе с козой отец сам несколько раз обошел вокруг: во имя продолжения своего рода от любимой женщины он осознанно как бы принес и себя в жертву.

      Родилась дочь. В честь великой певицы Алмахан Хайитовой, в которую был в юности влюблен, отец назвал ее Алмакан. Не прошло и месяца, умер ее отец.

      В конце пятидесятых прошлого века мать-одиночка на селе воспринималась не очень адекватно, тем более мать Алмакан после отказа родного брата от какого-либо общения с сестрой и ее дочерью - стала одиночкой и в плане близких или дальних родственников. Ничего не оставалось, как выйти замуж. Её мужем стал угрюмый вдовец с двумя дочерьми: полутора лет и девяти месяцев, который не мог принять такую же маленькую вымоленную девочку новой жены. Он бил ее, и присутствие жены, слезно и молчаливо терпящей эту горькую безысходность, его не останавливало. Жестокость отчима никак не отвечала исламским и общечеловеческим нормам милосердия по отношению к сироте, ни канонам кыргызской добродетели к ущемленным детям, людям. Мать вынужденно определила ее в интернат.

      Алмакан росла. И все больше бросалось в глаза то, как она разговаривает, смеется, играет сама с собой. Фактически, в ее мире были задорные неугомонные дети, которых никто не видел, кроме нее. Это она поймет значительно позже. Никто не понимал ее громкого смеха в классной тишине. По ее воспоминаниям, вплоть до шестого класса у нее не было иных оценок, кроме двоек и единиц. Раздражительны и нетерпимы к ее чудачествам были и школьные учителя. Однако учителям все же пришлось признать в Алмакан неординарного подростка. Однажды она подбежала к учительнице по математике, попросив ее не подходить ни к чему, что имело бы отношение к электрическому току. Та не восприняла всерьез эти слова. Дома в кастрюлю с водой для стирки был вложен большой кипятильник, женщина просто по инерции автоматически опустила руку, и ее убило током. Все были в ужасе - многие были свидетелями слов Алмакан. Она бегала, играла, а потом ни с того, ни с сего подбегала к кому-то из учителей и говорила, что не надо печалиться из-за сына, который благополучно решил проблему и за это его ждет повышение или же надо готовиться к свадьбе дочери - через неделю сваты приедут и так далее. Взрослые уже понимали причины неординарности ученицы, но страх партийной ответственности заставлял их молчать. Хотя некоторые нет-нет, а повадились втихую выспрашивать кое-какую информацию у Алмакан.

      И шушукались, говоря, что Алмакан ясновидящая прорицательница.

      По сути, открытая добрая девочка, она не замыкалась в себе, не запоминала обид.

      Изо дня в день Алмакан ждала мать, которая уже родила сына, дочь, но и в ту пору мать ее прав на самостоятельные шаги не имела (пройдет немало времени, пока девочка поймет, что в ее стране из-за горькой безысходности женщины терпят диктат и насилие в семье).

      Однажды, увязавшись за приехавшими соседями, Алмакан приехала домой и тот ужас в глазах матери она запомнила навсегда. Алмакан ведь ехала обнять, поцеловать свою мать, по которой ужасно скучала, но то, что мать всеми силами пыталась от нее избавиться - она этого не понимала. Мать ей всучила один советский рубль и гнала ее от себя, но отверженная дочь не понимала причины этих гонений. Она плакала и пыталась прижаться к матери; рубль лежал у ее ног. И в это время вошел отчим с металлическим ухватом. Первое, что он увидел - это был рубль. Он острым концом ухвата саданул по горлу жены, захлестала кровь. Увидев это, Алмакан бросилась к откинувшейся матери. Отбросив падчерицу, отчим несколько раз отхлестал ее ухватом по спине, всучив ей рубль, вышвырнул со двора.

      Дом этот закрылся для нее навсегда…

      А вот с хлопковой кампании начался новый круг жизненных испытаний Алмакан (тогда ведь и школьников вывозили на хлопковые поля…).

      Перед ней стоял седой старик с длинной бородой, протягивая ей большой кусок сахара. Привыкшая к появлению своих ровесников, Алмакан рассердилась на старика и выкинула сахар. Когда пришла в себя, ни сахара, ни старика, ни одноклассников рядом не было, а она стояла в середине гряды огромного поля среди кустов с множеством раскрывшихся коробочек хлопка. Впервые пришел неестественный испуг, и отнялись ноги. Её объяснений никто не слушал.

      Руководители интерната известили мать, что дочь не ходит.

      Отчим же решил, что падчерица "перезрела" и ее срочно надо выдать замуж. В 13 лет Алмакан выдали замуж за взрослого парня, который увез ее на мотоцикле с "люлькой".

      Какие уж торги провернул ее отчим, но беззащитную и ненавистную Алмакан он сбыл с рук.

      Короче, преследования завершились, но спать с мужчиной ей не давали ее невидимые защитники.

      Мистику ее и в новом доме не воспринимали, но по всем симптомам "поехавшей крыши" Алмакан провела 7 лет в психиатрической больнице. Никто ее не навещал. О смерти матери она не знала.

      Ее выписали из "психушки" и по зову крови вновь она пыталась попасть хотя бы к единственному дяде - брату матери. Но не успела она перешагнуть через их калитку, как услышала истеричный визг дяди:

      - Вон, поганое отродье. Сожрала отца, мать, мужа чуть не посадила. Ты всем несешь только черноту и горе. И когда только ты исчезнешь, сгинешь? Исчезни с моих глаз долой… Окуривать надо весь двор и аил от заразы твоей…

      Она пошла к своей однокласснице Жыпар, с которой дружила. Там помогли ей помыться, надели платье, платок, покормили, потом в узел сложили ее тряпье, лепешки, несколько кусков сахара и, взяв три картонные коробки, проводили под мост к роднику. Хотя они поддерживали Алмакан, как могли, но пойти против мужчин своего дома не рискнули.

      Когда пришли холода, Алмакан перебралась в открытую могилу; на этом кладбище были похоронены ее отец, а теперь и мать. Задавать вопросы, делать заумный анализ она была не в состоянии, ибо длительное лечение препаратами делало свое дело.

      Она сказала об этом периоде:

      - Когда в Советском Союзе не было понятия о бомжах, я освоила это социальное унижение.

      Каким уж прозрением одарил Всевышний мужа Алмакан, но он нашел жену и привез к себе домой. От всего пережитого в голоде и холоде, от неподдельного раскаяния и внимания мужа к себе, Алмакан, видимо, расслабилась, перестала ходить.

      К чести мужа - он возил жену по больницам, целителям, святым местам, вплоть до Иссык-Куля…

      Киргизская девочка Алмакан, вымоленная, а потом отверженная - теперь в долгие часы беспомощного пребывания в постели хотела понять смысл своей жизни. Она неистово искала ответы.

      Кто знает, как бы все сложилось, если бы не парапсихолог, признанная целительница, к которой шли, ехали, летели люди, несмотря на советские запреты.

      К Хасият опа - Касиет эже, живущей в городке Янги-Юль - Жаны-Жол - Новый путь рядом с Ташкентом, муж привез Алмакан в полуденное время.

      Алмакан же, все больше раздражаясь, не воспринимала целительницу никак: ну, что это за лечение - одновременно бросает фразы десяткам больных вокруг, а на нее, лежащую перед ней, подует по одному разу в каждые полчаса, а то и в час, а встать и уйти - нет сил!

      Прошло часа четыре, пока целительница не подняла молитвенно руки вверх для просьб перед Аллахом и благословения присутствующих.

      Алмакан несказанно обрадовалась: наконец-то уедут. И вдруг Касиет эже говорит:

      - "Шапку" из Кыргызстана позовите (наверняка, имея в виду милицейскую фуражку ее мужа).

      Мужу начала излагать жестко:

      - Ваша жена так меня замучила, представляете, сколько мне потребовалось сил для укрощения и связывания ее бесов - видите ли: не нравилось ей, что я в полчаса-час дую на нее, хотела сорваться, уйти… Я перетерпела все выкрутасы. В ней столько наворочено, напутано и запущено - я годами ее должна очищать. Задание свыше получено, и я обязана его выполнить. Так что с Богом поезжайте, через сорок дней можете приехать, а дальше будет видно.

      К Алмакан была прикреплена женщина по имени Зухра, которая после очищающих молитв Касиет эже, делала упражнения с ней, и на одиннадцатый день она пошла.

      Потом Зухра повела Алмакан в баню, обучила всем приемам пятикратного омовения перед молитвами-намазами. Это ощущение свежести, уверенности в себе (баня, душ - далеко не то!), это неуемное желание знаний молитв намаза, автоматическое запоминание отдельных отрывков хадисов, айятов сур Корана, неустанное "поглощение" правил этикета, афоризмов великих поэтов и писателей - это была совсем другая жизнь.

      Она поняла то, что имеется в виду, когда говорят о духах-покровителях и ангелах-хранителях.

      Алмакан стала понимать жизнь и роль отпущенных ей испытаний.

      Через сорок дней, увидев свою жену ухоженной, нарядной, которая ходила по двору и общалась на равных со всеми, муж Алмакан, разрыдавшись в благодарных эмоциях и словах, упал к ногам Касиет эже.

      Те 8 лет, проведенные в хождениях во лжи по судам, равнодушно оставленной в психиатрической больнице, в истязающей реальности под мостом и в могилах - куда-то все кануло раз и навсегда. Обнаженное раскаяние и сожаление расстелили перед всеми благодарение Аллаху и его последователям. Очищение от обид и прощение - это высшее достижение человеческой души. Потому Алмакан считает, что фактически по-человечески она начала жить в 21 год. Поняла суть требования Аллаха о гуманности каждого из нас и гуманизме вообще.

      Через труд и молитвы Касиет эже Алмакан возродилась для исполнения своего предназначения. Три года постижения науки народного целительства, 40 дней особого ритуала посвящения ее в круг признанных целителей и в один из дней Касиет эже посадила Алмакан напротив себя:

      - Сейчас я владею информацией о том, что воистину ты наделена редким божьим даром исцеления людей с психиатрическими отклонениями, вплоть до буйных, парализованных, бесплодных мужчин и женщин, эпилептиков и многих других. Вся эта добродетельная ветвь идет от твоих предков. И вся твоя жизнь отныне должна быть посвящена людям.

      Говори и проси о хорошем. Не проклинай - второй конец пройдется по тебе самой. Не будет у тебя мужа и детей. Ты создана для помощи и поддержки других. Таково предназначение твое - прими все это как должное во имя своего здоровья и преуспевания. Иди, счастливого большого пути тебе, моя бесценная Алмакан!

      Алмакан тогда в 1992 году по радио рассказывала об этом.

      Это потом пришли годы прозрения, разочарования, почти краха и сожаления о природе человеческой амнезии в дни благополучия о горьком прошлом, об "отодвинутых" наставлениях любимой и почитаемой Касиет эже, которой Алмакан изливала в чужих краях слова благодарения и покаяния перед Богом.

      А пока она делала первые шаги в Чаткале. Поклонилась святыням Ыдырыс Буба и Тастапиян Ата. Сняла небольшой угол в центре района Каныш-Кия и очень волновалась.

      Алмакан все делала так, как ее учила Касиет эже. Молитвы, молитвы, мольба и слезы - и стали ходить первые подопечные Алмакан - Жамиля, Айша эже. Беременели женщины, которые были у черты развода. Двое молодых людей избавились от эпилепсии. Поток людей рос изо дня в день. В восьмидесятые годы Алмакан уже знала точки пересечения морали общества и своей необходимости. Гонений потому не предвещалось, и в районной газете "Чаткал оттору - Огни Чаткала" появилась статья " Благодарим тебя, Алмакан!".

      На накопленные гонорары в селе Куршаб Узгенского района Алмакан купила дом на земле своего мужа, ибо целомудренно все еще оставалась мужниной женой.

      В пору Советского Союза отовсюду из Казахстана, Узбекистана, Таджикистана на автобусах и машинах приезжали люди, оставаясь из-за очередей сутками в домах соседей целительницы. В день она принимала по 30-40 человек. Молитвы Алмакан и впрямь были чудодейственны: парализованные уходили на своих ногах, психиатрические буйные через три дня начинали поливать двор Алмакан, слепые прозревали, глухие ликовали от услышанных звуков. К разочарованным и уставшим устремлялся поначалу будто бы случайно маленький ручеек, а потом и реки удач и успехов.

      Неожиданно Алмакан позвали в Ташкент.

      Касиет эже объявила, что из 18 ее учениц ее хранители рекомендуют Алмакан на ее место главной наставницы и провела семидневный ритуал посвящения. И не знала тогда Алмакан, что встречаются в последний раз.

      - Я уверена, что мы не ошиблись. Ты будешь достойной преемницей моих дел.

      С этими словами Касиет эже проводила любимицу и через некоторое время при довольно таинственных обстоятельствах ушла из жизни.

      И впрямь, избранным, помеченным особым "третьим глазом", особой интуицией, вещим сновидением, особым даром слуха информационных предсказаний, гипнотического и зрительного обзора проблем на корню генеалогического древа тех, с кем пересекаются пути отнюдь не случайно - Аллах не дает самозащиты.

      И это - при непомерных познаниях мира, стихий и людей.

      Алмакан, оставшись без наставницы, прочувствовала огромный груз забот и ответственности. Общение с ученицами, советы, разрешение узлов проблем и еще сотни больных новых и на стадии исцеления - что-то надо было менять.

      В один из таких казусных дней к ней заглянула главный врач Куршабской больницы Ибадат:

      - Слушай, может, испытаешь свои способности на конкурсе в столице. Каждый день по телевидению идет реклама о том, что некая организация "Бейиш" проводит конкурс целителей, прорицателей, ясновидящих… На людей посмотришь и себя проверишь. Хочешь, вылетим вместе завтра. Остановимся у моей сестры…

      Это было то, к чему стремилась Алмакан. Попросив у всех своих посетителей прощенья, завершив цикл лечения одних, других поручив ученикам, она собралась в путь-дорогу. На автобусной остановке возник тот самый высокий, плечистый белобородый старик из детства и сказал ей делать то, что разрешено от предков - без гипноза. Встретились с Ибадат в Оше в аэропорту. В столице, когда они уже ехали в микрорайон "Кок-Джар" к сестре Ибадат, Алмакан ей сказала, что ее зять настаивает на аборте, боясь, что вновь будет уже четвертая девочка. Аборт не нужен - будет теперь сын.

      Ибадат удивленно взглянула на нее.

      Когда они стали подниматься на третий этаж, навстречу спускалась сестра:

      - Пожалуйста, поднимайтесь. Девочки дома. Мне надо в больницу. Я часа через три вернусь.

      Ибадат, взглянув на Алмакан, попросила сестру вернуться с ними домой и отвела ее в сторонку, поговорила. Через семь месяцев у них родился сын...

      Многое началось с того конкурса. Участвовало более трехсот человек - остались 34, которые были признаны целителями. С юга трое: Алмакан, Айымсаат, Сонунбу.

      Алмакан уже три месяца принимала людей на ВДНХ.

      …СМИ - великая вещь. А неустанный "пиар" - позитивный, негативный, самый обыденный, творит чудеса. К Алмакан в родственники стали набиваться сотни людей. Много стало и поклонников. Народный писатель Тологон Касымбеков, Народная артистка Сабира Кумушалиева знакомили с Алмакан министров, депутатов, представителей власти регионов. Познакомилась и с президентской семьей. Она принимала людей во всех регионах.

      Рассказывали об избранности и раскрывали образ Алмакан самые именитые журналисты страны: Байма Сутенова, Адылжан Жажанов, Айильчи Эралиев, Жакып Медетов, Зуура Сооронбаева, Султан Раев, Замира Сыдыкова, Бекен Назаралиев и многие другие.

      Жила она почетной гостьей в гостинице Тологона Касымбекова.

      Потом освоила профессию водителя, купила иномарку. Купила дом. Поставила бизнес. Различные сумочки и кошельки пухли от долларов.

      Да, пообщавшись с сильными мира сего, Алмакан поняла, что она - особая и ей многое позволено. Она не стала читать намаз. Она отказалась от простого люда, который платил бы ей гроши. Понемногу стала выпивать. Стала за определенные ставки посредничать в устройстве на престижные должности. Она забыла и не хотела вспоминать просьбы наставницы. Привирала, выдумывая лестную информацию для верхов.

      Эти строки записаны с собственных слов Алмакан.

      - В ту пору мне трудно было представить, что осталось до расплаты за вероломство и предательство своей стези совсем мало времени. И ветры перемен ураганом снесут все: мое самомнение, моих лжедрузей, лжепочитателей, и то надстроенное позорное здание лжи перед Аллахом, включая и то, что под ним, что было базой - фундаментом, на котором я хотела воздвигнуть здание своего самоутверждения пусть годами и по крупице, но накопленным кровным достоянием.

      Мне не давали покоя картинки автокатастрофы и мучительные конвульсии погибающего генерала Бакаева.

      Реально был заговор, и три дня Алмакан говорила о предстоящей гибели генерала Бакаева. Никто не прислушивался - неужели она вышла из доверия?!

      Она стала ходить вокруг Дома правительства и во всеуслышание спрашивала, знает ли кто генерала Бакаева - на него готовится покушение: будет автокатастрофа, пусть никуда не выезжает в ближайшие дни. Кто-то подсказал, что нужно об этом сообщить помощнику генерала Жоомарту Бошкоеву и дал телефон. Алмакан позвонила, но тот не поверил, сказав, что всякий уличный бред он не намерен выслушивать.

      Алмакан перед невидимыми своими хранителями призналась, что их задание она выполнила, как могла, но "те" требовали дойти до самого генерала. Когда Алмакан в третий день подошла к "белому дому", милиционеры увезли ее в психиатрическую больницу.

      Тем временем в автокатастрофе погиб генерал Анарбек Бакаев - один из звездных, истинно отважных заслуженных генералов страны. И об ужасающему по подлости и цинизму его убийству, предсказанному Алмакан, написала Замира Сыдыкова в "Республике".

      Прошла первая оранжевая революция 2005 года. Был изгнан президент Акаев. Бежала и его семья.

      На некоторое время был отодвинут и предан забвению Осмонакун Ибраимов - экс-госсекретарь при Акаеве. В своем кабинете жестоко был избит экс- руководитель аппарата Болот Джанузаков. В подвал Службы национальной безопасности почти на неделю была водворена Алмакан. Потом ее отпустили, а дома, машины, денег, бизнеса уже не существовало.

      Собрав по "сусекам" остатки былой роскоши, она сняла дешевенькую комнатку на окраине и стала выпивать. В один из таких дней, когда она отрешенно, совершенно бесцельно, покачиваясь, шла по улице, резко затормозив, рядом с ней остановился "джип".

      - Алмакан эже, что с вами, что за вид, мы уже обыскались, где ходите?

      Хотя узнала Бакыта Калыева, но, пытаясь продолжить свой путь, она бросила, растягивая и запинаясь:

      - Слишком много вопросов. А я не желаю их слышать и отвечать.

      - Вы пьяная что ли, вот это да… Где обитаете?

      - Не твое дело…

      - Ну, вот что. Шеф приказал вас найти. Хочет извиниться. И я хочу перед вами извиниться.

      - Сгинь. Я не хочу никого знать. У вас своя жизнь, у меня - своя.

      - Нет уж, дорогая эже. Ну и ну. Это такая жизнь ваша? Мы больше месяца ищем вас. Поехали домой.

      - По вашей милости нет сейчас у меня ничего - ни дома, ни машины, ни бизнеса, ни денег. Я живу в маленькой хибаре, пью водку, закусываю луком. Хочешь покажу?!

      - Помните, когда "ушли" Курманбека Салиевича с должности премьер-министра, я сказал, что вы просто шарлатанка, предсказавшая ему кресло президента. Тогда вы ответили, что он будет президентом, а я - генералом, а сейчас ему надо идти в депутаты. И не ошиблись. За те слова мы хотим извиниться…

      - Мне все равно, - равнодушно парировала Алмакан.

      - А нам - нет.

      Калыев организовал все с блеском. Появилась шикарная кварира в престижном районе столицы, машина, одежда. Наутро Алмакан повезли в лучший салон. Пообедали в специальном ресторане и проводили на десять дней в пансионат на берегу Иссык-Куля. Для отдыха и лечения от стрессов.

      Природа способностей не препятствовала Алмакан сотрудничать с новым президентом.

      Конфликтные ситуации разжигали сын президента Максим и третий брат президента Жаныш. Они были против общения президента с Алмакан.

      Именно в эту сумбурную пору в общем-то приличный человек начал умолять Алмакан попосредничать в устройстве сына его на работу, чего тот фактически заслуживал. Так умолял, так умолял и упросил-таки совершить Алмакан то, чего она обещала не делать. Время в стране стало такое, что посты теперь стоили уже в удвоенном размере. Огромную сумму денег взяли, а оказывается, взяли еще у двоих и Алмакан поняла, почему она "пролетела".

      Пытаясь вернуть деньги, Алмакан предприняла десятки попыток попасть к президенту. Увидев хладнокровного монстра, она закатила истерику, сопутствующую ее естеству.

      И она здесь сказала, что ждет Бакиевых изгнание, намного трагичнее Акаева, что все их потомки будут прокляты за злодеяния и трагически поломанные судьбы… И о многом она кричала, лежа на президентском ковре в его кабинете, отбиваясь от охраны.

      Алмакан вышвырнули из Дома правительства. Она чувствовала, что медлить нельзя. Оперативно собрала свои деньги, вернула человеку с извинениями и умоляла, умоляла Аллаха простить за вероломство и предательство обещаний.

      Калыев появился с суммой в тысячу долларов и потребовал исчезнуть из страны.

      Утром она дала пресс-конференцию, пересказав журналистам обо всем произошедшем и пока оппоненты не очухались, с небольшим багажом выехала из Бишкека в сторону Алматы.

      Три поста проехала, на четвертом посту машину задержали из-за отсутствия страхования. Не то что понятия, а слыхом не слыхивала о неком "страховании". И о кредитных карточках ведать не ведала. Ничего не знала, кроме киргизского и то на уровне 6 классов образования и целительного действия-дуновения "суф".

      На такси доехала до железнодорожного вокзала. И надо же такому быть, что именно в этот час уходил поезд на Новокузнецк и был один-единственный билет.

      В купе, глядя на мелькающие села, города, степи, реки, озера, леса, Алмакан вновь и вновь думала обо всем произошедшем в жизни. Она молила простить за слабости в противостоянии искушениям. Она размышляла об этом каждый раз, когда в течение десяти дней на вокзале в Новокузнецке в ответ на просьбы люди отворачивались, а именно азиаты называли ее шарлатанкой.

      Алмакан поразило открытие многосторонней внезапной охватности беспомощностью, бедой, нищетой.

      В изнеможении она смотрела перед собой, когда рядом присела женщина и тяжело вздохнула. Перед глазами Алмакан нарисовался дом. Хороший дом, но с запахом напитков и взрослый недвижный парень на кровати, вокруг которого беспорядок.

      Изо всех сил, стараясь быть понятой при небольшом запасе слов, движениями и жестами, Алмакан спросила:

      - У тебя тяжело болеет сын, он лежит, ходить не может, муж поэтому пьет?!

      Женщина смотрела на нее, ничуть не удивившись. Постепенно ее усталый взгляд оживился и она сказала:

      • Пойдем.

      Салима Шарипова

      (Окончание этой истории в следующем субботнем номере).

      • распечатать
      • отправить другу

      Ещё по теме:

      • Комментарии

        Имя
        E-mail
        Текст
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
        Отправить
        Сбросить