Информационно-аналитический
еженедельник

Издается с 7 ноября 1938 года

ночью
USD16/1166.621.3816
EUR16/1175.541.2198

Новости

Популярные публикации

Фотогалерея

Каталог

    • Праздник, который всегда со мной

      2018-11-1007Восемьдесят. Да, это много. А тогда газета была молодой, ей шёл только четвёртый десяток лет. И коллектив, который меня принял, тоже состоял почти весь из молодёжи. Редактор, Виктор Лукьященко, средних лет, а ответственный секретарь Анатолий Воликов – даже значительно моложе газеты…

      Подходит знаменательная дата, и в памяти оживают страницы редакционной истории. Перекладываю всё, что осталось среди бумаг и пожелтевших фотографий. Вот они, мои коллеги: Н. Коханов, Г. Дильдяев, Н. Зенков, о судьбе и последних годах которого я ничего не знаю, В. Машенцев, Е. Зубарев, В. Пукасенко, В. Акчурин, А. Акчурин, З. Алышева, которые давно в ином мире. Г. Перекальская, А. Пятибратова, А. Мустафина, И. Дунарь, С. Гафарова – живут, кто где, совсем не рядом. Уже никого не осталось здесь из нашей братии, только Владимир Мякинников, говорят, ещё заходит в родную редакцию.

      Тогда мы жили и работали интересно и трудно. Всё писалось ручкой с пером, переписывалось, правилось, печатали материалы в машбюро - уходило много времени. Машинисток не хватало. А какие длительные были дежурства в корректорской – почти до рассвета. Но никто не роптал, потому что вариантов не было. Кроме одного – покинуть редакцию, что и делали некоторые женщины, особенно в предпенсионном возрасте. Может поэтому, когда я пришла в редакцию, из них была только журналистка Клавдия Ильина. Потом и она стала собкорром, и какое–то время я была одна среди пишущих, в мужском коллективе. К. Ильина первая в истории газеты доработала до пенсии, потом З. Алышева.

      Атмосфера в газете была дружелюбная, но…Не скажу, что меня приняли с распростёртыми объятиями. Сначала был приказ – командировать меня в Кызыл-Кию с редакционным заданием, а потом приказ о зачислении в газету с испытательным сроком. Зато через месяц мне повысили оклад. А бухгалтерия никак не хотела верить в то, что я задержусь в газете, и целый год не выплачивала мне положенных подъёмных. А я вот задержалась на… 33 года (1967 – 2000).
      Интересное время было позже, в 80-е годы прошлого века. Тогда я уже уверенно держала в руках ручку «Золотое перо», которыми награждали за хорошую работу. Мария Михайловна Левина добросовестно записывала в трудовую книжку сведения о премировании, вынесении благодарностей.

      А вот еще одна награда в моем архиве - Почётная грамота Президиума Верховного Совета Киргизской ССР. Это 1987 год. Но я не воспринимаю её как мою личную. Считаю, что это признание работы всего нашего коллектива. Ведь я с неба звёзд не хватала, особенно в первые годы, обременённая семьёй с двумя маленькими сыновьями. Мне помогали, меня поддерживали, растили из меня журналистку. Потихоньку росла и доросла до того, что когда уже была на пенсии, меня пригласили работать в Южное отделение Национальной академии наук. Ох, это уже не о том. Это другая страница жизни.

      А тогда в газете кое-кто уже пытался выходить в большую литературу. Вот сохранилась небольшая книжка Николая Коханова «Самойлова яблоня» с шутливой надписью: «Журналистке Наденьке от журналиста Коленьки…» А вот на книжке Анатолия Воликова никакой надписи – она вышла из печати, когда его уже не было. Волею случая он рано ушёл из жизни.

      В конце восьмидесятых годов мне посчастливилось побывать на краткосрочных курсах в Алма-Ате. Там много внимания уделялось обмену опытом между областными газетами. Это меня очень интересовало. И ещё очень хотелось окунуться в культурную жизнь.

      Восхищения от казахстанской столицы не умаляло даже то, что к утру на продуктовых свёртках, что мы оставляли на балконе, появлялся серый налёт городского смога. Зато какая архитектура! Здания не похожи одно на другое, красивые величественные. И главное, что здесь театр оперы и балета – моя мечта. Сразу по приезду, в первый час, побежала узнавать дорогу к храму культуры, знакомиться с афишей. Чемодан, ещё не получивший пристанища, остался в приёмной, где нужно было получить ключ от комнаты в общежитии. Дни так и шли по двум направлениям: утром лекции, вечером опера или балет.

      В день, когда объявили обмен опытом, я приготовилась записывать всё, что будет интересного. Но каково же было моё удивление, когда одной их первых предоставили слово мне, заведующей отделом сельского хозяйства. Причём с ремаркой «Ленинский путь» - одна из лучших областных газет, где умеют писать и подавать материалы с броскими заголовками: «Зонтик для поросёнка», «По методу тяп-ляп»… Это же Вилор Ахмедович Акчурин - великий мастер заголовка, не позволял ставить материал в номер, если не было хорошего названия статьи. К этому привыкли и мучились с удовольствием…А он с высоты своего редакторского кресла воспитывал нас кнутом и пряником.

      Не скажу, что мне жилось тогда прекрасно. Поля и горы – это не женское дело. Среди журналистов областных газет не было ни одной женщины, на плечах которой бы была такая ноша. Постоянные поездки, командировки туда, где нет ни столовой, ни гостиницы. Ездила, нет, добиралась, на чём придётся к чабанам, дояркам, на отгонные пастбища, на полевые станы. Сенокос, стрижка овец, окот, расплод. И сельскохозяйственные подборки в каждый номер обязательно.

      Попала я в отдел сельского хозяйства волею судьбы. Евгений Егорович Зубарев, заведующий отделом, оказался на операционном столе в онкологии. Причём за один год дважды. Реабилитационные периоды, трудовой отпуск. И газета могла остаться без сельскохозяйственных материалов целый год. Николай Сергеевич Зенков, тогда исполнявший обязанности редактора, вызвал меня. Он знал, что в Высшей партийной школе мы изучали не только марксизм и ленинизм, но и целый ряд предметов по сельскому хозяйству.
      - Я не могу тебя заставить переходить в сельхозотдел, но я прошу выручить газету, потому что сейчас у нас нет сведущих в делах села,- сказал он.

      Принёс мне огромные подшивки республиканских газет с сельскохозяйственным уклоном. И я два месяца все вечера корпела над ними, знакомясь с возможностями и положением в отдельных районах.

      На работу спешила пораньше, чтобы успеть подготовить к печати то, что добыто вчера. В командировку всегда первым автобусом в шесть утра - иначе никого в колхозе не застанешь, все будут где-то на полях, в бригадах, на сенокосе, на стрижке овец или далеко в горах у чабанов. На чём к ним доехать?

      Пролетали недели, месяцы. И однажды представитель обкома партии предъявил редактору аргумент, что, мол, отделом руководит беспартийный человек, а выпускница Высшей партийной школы у него в подчинении. Предложил поменять местами. Поменяли вопреки моему и редакторскому желанию. Не стоит вспоминать, какие неувязки последовали в результате этой шахматной рокировки. Но всё хорошо, что хорошо кончается. Утряслось. До самого ухода Зубарева на пенсию, мы оставались добрыми коллегами.

      Для чего я всё это пишу? Потому что для меня газета – праздник, который всегда со мной. Но чтобы меня не обвини в многословии, ограничусь тем, что вылилось на эту бумагу. От души поздравляю тех, кто сейчас трудится в моей любимой газете. Коллеги, будьте успешны и счастливы!


      Ваша Надежда Глазова.

      • распечатать
      • отправить другу

      Ещё по теме:

      • Комментарии

        Имя
        E-mail
        Текст
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
        Отправить
        Сбросить