Информационно-аналитический
еженедельник

Издается с 7 ноября 1938 года

ночью
USD19/1100
EUR19/1100

Новости

Популярные публикации

Фотогалерея

Каталог

    • Это наша с тобой биография

      продолжаем знакомить читателей "ЭО" с историческими очерками нашего бывшего ответсекретаря газеты Владимира Львовича Пукасенко2018-08-24059Продолжаем знакомить читателей "ЭО" с историческими очерками нашего бывшего ответсекретаря газеты Владимира Львовича Пукасенко.

      ОРУЖИЕМ КРИТИКИ

      Минули военные годы. Отпраздновав Победу, наш народ взялся за восстановление разрушенного хозяйства. Тяжёлое то было время. И не только потому, что приходилось в бедности и невзгодах от зари до зари гнуть спину на полях, в шахтах, на стройках, у машин и станков, но и постоянно ощущать страх, что тебя обвинят в недостаточном патриотизме, дезорганизации, а то и вообще причислят к «врагам народа». Процветали угодничество и бюрократизм, волевой метод хозяйствования.

      Конечно, всё это пряталось под личиной верноподанничества и «личной преданности», освещалось звонкими лозунгами. Никто не имел права на самостоятельное мышление, собственный взгляд на вещи, тем более, если это касалось вопросов политики, стратегии, нашей экономики.

      Критика недостатков разрешалась, даже поощрялась. Но только по определённым вопросам, «от» и «до». Если в первые годы своего существования «Ленинский путь» мог позволить себе покритиковать ответственного работника обкома партии, то, начиная с 1946 г. и в последующее время, газета не имела права сделать критического замечание не только в адрес инструктора, заведующего отделом обкома, но и сторожа, уборщицы этой правящей организации. Таков уж был порядок.

      «Ленинский путь», как и любая другая газета тех лет, повинуясь общим установкам и требованиям партии, достаточно громко славил всё то, что полагалось славить, кричала «Ура!» в адрес тех, кому адресовались здравицы, восхищалась и пропагандировала те методы, установки и порядки, которые составляли сердцевину тогдашней нашей жизни.

      «5 апреля Советское правительство расторгло пакт о нейтралитете с Японией в связи с тем, что она стала фактически союзницей Германии».

      Бюллетень сообщал о подробностях вывоза нацистами золотого фонда Германии из Берлина. Американские войска обнаружили в одном из дворцов юго-восточнее Гиссена сотни ценных картин, награбленных фашистами в европейских столицах.

      «9 апреля войска 3-го Белорусского фронта овладели Кенигсбергом».

      «14 апреля взята столица Австрии - Вена. В ходе боёв разгромлено 11 танковых дивизий немцев, взято в плен более 130 тысяч солдат и офицеров».

      3 мая 1945 г. бюллетень «Ленинского пути» опубликовал историческое сообщение: «Войска 1-го Белорусского фронта под командированием Маршала Советского Союза Жукова, при содействии войск 1-го Украинского фронта Маршала Конева завершили разгром берлинского группировки и 2 мая полностью овладели столицей Германии. Берлинский гарнизон, оборонявший город, 2 мая в 15 часов прекратил сопротивление, сложил оружие и сдался в плен».

      В среду, 9 мая 1945 г. вышел последний 29-й номер бюллетеня. Форматом он был несколько больше предыдущих и нёс радостную весть: «С победой, товарищи!»

      «Слава доблестной Красной Армии!» И далее - позорный финал тех, кто в 1941 -м поднял меч на нашу страну: «Мы, нижеподписавшиеся, действуя от имени Германского Верховного командования, соглашаемся на безоговорочную капитуляцию...»

      Тут же публиковался Указ Президиума Верховного Совета СССР об объявлении 9 мая праздником Победы.

      Война кончилась. Победа далась нам нелегко. Перед страной стояли новые задачи по преодолению военной разрухи. Как всегда, журналисты «Ленинского пути» опять на посту,

      И всё же газета находила возможность направлять огонь критики против всякого рода извращений, отстаивала справедливость.

      Вот, к примеру, корреспонденция «Вопреки воле колхозников» («ЛП», 10 августа 1946 г.). Автор её А.Отставнова. Кстати, одна из активных и способных журналистов тех лет. Быта она потом заместителем редактора, неоднократно подписывала газету за него. Так вот, в названной корреспонденции под рубрикой «Партийная жизнь» (тоже своеобразный намёк « на несуразность такой «жизни») рассказывается в общем-то, о типичном по тому времени случае - о волевом назначении на выборную должность председателя колхоза. В начале автор рисует такую картину: в колхозе им. Карла Маркса Куршабского района на одном из участков идёт уборка сена. И вдруг мирный рабочий ритм прерывается зычным голосом председателя Бекназарова: «Где здесь самая высокая гора?» Люди недоумённо переглядываются, показывают на недалёкий холм. Председатель взбирается на холм, чинно усаживается и наблюдает за работающими колхозниками. Проходит час, другой, и - снова зычный голос: «Садись! Отдыхай!» По команде многие садятся, другие продолжают работать... Это новый председатель-самодур начал вводить в колхозе свой метод работы по команде. И даже установил «час для курения», хотя почти все колхозники некурящие.

      Как же появился в колхозе этот раис? А очень просто. Несмотря на то, что возглавлял до этого хозяйство способный руководитель Байбаев и вывел колхоз в передовые, в Куршаб- ском райкоме партии посчитали нужным посадить в кресло председателя Бекназарова. В январе 1946 г. в колхоз приехал работник райкома партии Мендыбаев, собрал группу колхозников и заявил, что председателем надо избрать Бекназарова. Но голосовать за незнакомого человека люди отказались. Через несколько дней приехал в колхоз второй секретарь райкома партии Душиев и снова привёз Бекназарова. На этот раз не стали утруждать себя процессом голосования, а просто состряпали протокол, где записали: «против» - нет». За полгода новый'председатель вконец развалил колхоз... «Сейчас, - заключает журналист, - Бекназаров вводит в колхозе «новые» порядки. Колхозники не протестуют, ибо знают, что за спиной Бекназарова стоит райком партии, и жаловаться бесполезно».

      А мало ли было случаев, когда по родственным, приятельским отношениям ставили во главе хозяйства провалившихся, скомпрометировавших себя, далёких от забот села людей? Да сколько угодно. И такие «руководящие» кадры немало постарались, чтобы сделать жизнь сельчан ещё более тяжёлой и беспросветной.

      «Ленинский путь» замечает и другие изъяны жизни. Газета берёт под защиту демобилизованного воина, которого по пустяковому делу замотали ошские бюрократы из собеса, выносит на суд общественности недобрую традицию Ошскош горисполкома замалчивать критику в печати, выступает против самодурства председателя колхоза Туя-Муюнского сельсовета Акабаева, который куражится над передовым трактористом, отказывая платить ему за выполненную работу и заявляя, что тот мелкая сошка, и он - председатель - что хочет, то с ним и сделает.

      Всё это - живые факты, свидетельствующие о рабском положении колхозников, лишённых всех человеческих нрав. И сколько бы ни тратила пороха газета, изменить она ничего не могла. На место одного самодура ставился другой, зачастую ещё более худший.

      Даже подвергая критике, например, Тулейкенский райком партии, где процветал стиль уполномоченных (работники райкома по полгода сидят в колхозах, а толку от этого никакого), газета лишь констатировала малопродуктивность этого явления. Не более того.

      С работой этого райкома мне приходилось сталкиваться в начала 50-х годов, когда после демобилизации я работал инструктором Ошского обкома партии. Первым секретарём Тулейкенского РК тогда работал Халмурзаев. В обкоме его в шутку называли Иван Иванычем. Вот уж действительно был «непотопляемый» ванька-встанька. В его учётной карточке коммуниста не было живого места - сплошь исписано выговорами всех степеней, от простого «выговора» до «с самым последним предупреждением». Пришлось даже вклеивать два вкладыша, чтобы было где продолжать записи этой своеобразной коллекции партийных взысканий. Характер провинностей Халмурзаева был очень разнообразный. Большей частью за провал той или иной хозяйственной кампании в районе. Но был «строгий выговор» и за то, что первый секретарь польстился на новую крышу на здании своего райкома партии и приказал перенести её на собственный дом. Но Халмурзаев всякий раз выходил сухим из воды, умело играя на неравнодушии секретарей обкома к показухе, всякого рода реляциям. Как только начиналась кампания по сбору хлопка, Халмурзаев, что называется, в лепёшку разбивался, но организовывал «красный обоз» с урожаем хлопка сырца, украшенный лозунгами и плакатами, новыми обязательствами. И вот под звуки марша импровизированного оркестра обоз из 5-6 телег подкатывал к зданию обкома партии, Халмурзаев на полусогнутых ногах подбегал к вышедшим на крыльцо секретарям обкома и рапортовал: «Тулейкенский район первым начал сбор урожая сырца, первым его завершит. Дадим Родине...» Улыбки, рукопожатия. И вновь Халмурзаев на плаву.

      Мне доводилось проверять работу Тулейкенского райкома партии по тем или иным отдельным вопросам. Порядок был такой: после проверки составлялась обстоятельная справка, и проверяющий обязан был знакомить с этой справкой первого секретаря райкома. Я заходил в кабинет Халмурзаева, здоровался, предлагая ознакомиться со справкой по результатам проверки. Тот снисходительно разрешал прочесть ему содержание документа, а сам, развалясь в кресле, брался за газету. Я вначале терялся, просил быть более внимательным. А Халмурзаев кивал головой и замечал: «Читай, я слушаю». Потом неожиданно поднимался из-за стола и выходил из кабинета, бросая на ходу: «Читай, читай, я слушаю». На такое издевательское отношение к работнику вышестоящего партийного органа невозможно было что-либо предпринять. Разве что пожаловаться своему непосредственному начальнику - заведующему орготделом обкома Бакиеву. Но это пустое дело. Халмурзаев - первый секретарь райкома, номенклатурный работник ЦК КПСС. Его ничем не проймёшь. Будешь жаловаться выше? Тебе и влетит. За клевету на партийные кадры. Ибо Халмурзаев заявит, что это поклёп, ничего такого не было и быть не могло. Иди, доказывай...

      А сколько таких «непотопляемых» было на руководящих постах!

      НЕЖЕЛАТЕЛЬНАЯ ГЛАСНОСТЬ

      Периодическая печать всегда находилась под неустанной опекой партии, каждая газета - под зорким оком своего хозяина, партийного комитета. И критические выступления в печати строго разграничивались - только сверху вниз. Газета «Правда», орган ЦК КПСС, пользовалась непререкаемым авторитетом и могла «разложить» (конечно, с учётом обстановки, линии партии, действующих на тот период лозунгов и установок) любую партийную и непартийную организацию, руководителей любого ранга. «Известия» - соответственно по линии советов, отраслевые союзные газеты «Гудок», «Учительская газета» и др. - тоже по своим отраслям. В таком же порядке шла градация и республиканских, краевых, областных, районных и городских, многотиражных газет. Каждая поднимала свой голос в пределах отведённой ей дозволенности. А если прибавить к этому жесточайшую цензуру, которая безжалостно вычёркивала из статей и корреспонденций всё, что не соответствовало их инструкции, а подчас и личному настроению цензора, то можно представить, каково было положение с критикой.

      Вспоминается одна критическая корреспонденция в «Правде» за 1949 г. Я тогда был комсомольцем, после армии работал на технической работе статистиком в обкоме партии. Б той корреспонденции под заголовком «Малолетко до и после войны» шла речь об управляющем Сулюктинским шахтоуправлением Малолетко, который позволил себе на фоне бедственного положения шахтёров рудника благоустроить свой быт. Отремонтировал дом, провёл водопровод и т. д. Корреспондента «Правды», который приехал в Сулюкту по жалобе шахтёров, это возмутило, и он «отхлестал» управляющего в своей корреспонденции. Помню, заседание бюро обкома партии, на котором обсуждалось выступление «Правды». Я как раз находился в приёмной первого секретаря обкома Н.Г.Нарожного, в кабинете которого шло бюро. Более часа шло обсуждение. Потом из кабинета вышел какой-то незнакомый мне человек, взял телефонную трубку, сказал несколько слов и вновь вернулся в кабинет. Спустя некоторое время в приёмную вошли двое и сели возле двери кабинета. Вскоре вышел обсуждаемый Малолетко. Бледный, весь мокрый от пота, с блуждающим взглядом. Мотает головой, то и дело тянется к нагрудному карману, где, видимо, лежал его партийный билет и который у него отобрали на бюро. Мне жалко его стало, я налил из графина стакан воды, подал ему, но те двое, что сидели у двери, отстранили меня, подхватили Малолетко под руки и увели в ожидавшую у крыльца машину. Так и пропал человек. Видимо, приклеили ему ярлык «врага народа» и увезли в печально известные места.

      И никто в этом не усматривал перегиба. Обком спешил заверить центральный печатный орган в своей преданности, пусть запоздалой, но бдительности.

      «Ленинский путь» не пользовался столь большой и страшной силой, но постоянно ратовал за подъём престижа не только своих публикаций, но и авторитета районных газет. Проверенная жизнью форма - обстоятельный обзор местной печати, анализ плюсов и минусов работы редакционных коллективов, акцент на требование дня. Это использовалось «Ленинским путём» в полной мере.

      Подробный разбор состояния дел в газете «Коммунизм учун» (орган Советского райкома партии), опубликованный в «Ленинском пути» в августе 1946 г., вызвал переполох не только в Советском районе, но и в обкоме партии. И то сказать, областная газета обнародовала факты, на которые долгое время всё закрывали глаза и которые больно били по идеологическим работникам.

      «Перед нами, - писал «ЛП», - комплект грязных, испачканных краской, с перепутанными заметками листов- четвертушек. На самом видном месте, вверху колонки, редакция ставит объявления о разводе. А под подписью редактора подвёрстываются заметки селькоров. Здесь нет умысла. Всё дело в том, что газетой руководят товарищи, никогда до этого не имевшие ни прямого, ни косвенного отношения к печати...»

      «Ленинский путь» далее пишет, что в этой районной газете никто понятия не имеет, что такое литературная правка, заметки печатаются в том виде, в каком их написали авторы. «Коммунизм учун» часто выходит с полумесячным опозданием, газета крайне неряшлива и безграмотна. Райком партии вообще не интересуется своим печатным органом.

      Журналисты «Ленинского пути» на протяжении многих лет часто сталкивались с непонятным явлением. С одной стороны всюду твердили о высоком предназначении советской печати, всячески славили (особенно в праздники) средства массовой информации, вспоминали о журналистской деятельности В.И.Ленина, прямо и непосредственно руководствовались партийными документами о печати, а с другой стороны почти все местные партийные органы считали свою, «кровную» газету «бельмом в глазу». Более того, иные секретари райкомов, по своей должности обязанные руководить газетой, помогать ей и поддерживать её, на деле проявляли настоящую агрессивность по отношению к работникампечатного органа, считая их чуть ли не врагами партийного комитета.

      Видимо (и это, пожалуй, именно так), всё дело заключалось в гласности, которой, как огня, боялись партийные чиновники. Как бы там ни было, а журналисты всегда находились в гуще жизни, непосредственно сталкивались с возникающими проблемами, видели прямых виновников нарушений и, рассказывая обо всём этом в своих корреспонденциях, создавали неуютную обстановку для своего хозяина - партийного комитета. Я уверен и не раз убеждался в этом, что многие секретари райкомов, горкомов партии (особенно райкомов) с радостью отказались бы от своих газет. Без них спокойнее.

      Ну какому секретарю райкома по пропаганде понравится публикация в своей районной газете о пьяном лекторе, который на трибуне перед сельчанами несёт несусветную чушь, об устаревших лозунгах в райцентре, о бездействующих кружках в колхозах по изучению истории партии? Это ведь, как ни крути, лично его касается, его промахи в работе. Вот и растёт антагонизм между газетой и райкомом.

      Понятно, никто об этом вслух не говорил, не намекал даже, но реальная картина взаимоотношений между партийным комитетом и газетой подтверждала - не всё тут гладко и хорошо.

      КАЗЁННАЯ ТЕМА

      Рассказывая о газете «Ленинский путь», нельзя обойти молчанием тот факт, что на протяжении почти всей её истории редко можно встретить такой номер, в котором бы в той или иной мере не освещалась жизнь партийных организаций. Партийная тематика была главной. Беда в том, что любая публикация на эту тему носила чисто протокольный характер. Заметки, отчёты с партсобраний, пленумов были сухи, невыразительны и их мало кто читал.

      Зашёл как-то зав. отделом партийной жизни редакции Иван Байбарза в комнату, где корпел над своей статьёй зав. отделом культуры Александр Яковлевич Шток, и жалуется:

      Духота в кабинете, мухи одолели.

      А Шток советует:

      Ты им свой отчёт с партсобрания прочти - передохнут...

      Находились и «теоретики», которые утверждали, что материалы партийной жизни имеют свою специфику и требуют употребления только им присущих слов и выражений. Потому, дескать-, нечего требовать от статей на партийную тему выразительности. Но это, конечно, ерунда. Можно привести сколько угодно примеров, когда в том же «Ленинском пути» публиковались прекрасные зарисовки с пленумов, партсобраний, где автор не просто перечислял выступавших в прениях, а спорил, доказывал, сопоставлял услышанное с действительным положением вещей, иронизировал. И такие материалы под рубрикой «Партийная жизнь» читались с не меньшим интересом, чем фельетон. Суть не в тематике, а в умении изложить материал, найти интересный поворот, в умении сделать читателя как бы соучастником описываемого. А это уже журналистское мастерство, которым в прежние годы ещё не владели работники газеты.

      Но не будем вдаваться в тонкости журналистики, скажем о другом: и из сухого протокола тоже можно почерпнуть немало интересного.

      Вот корреспонденция инструктора обкома партии А. Маркмана, опубликованная 6 марта 1946 г. Читатели старшего поколения помнят этого эрудированного, культурного и авторитетного человека. Я познакомился с ним в 1948 г., когда стал работать в обкоме партии. Многому он Меня научил, помог разобраться в специфике тогдашних требований и характере работы отделов обкома. В своей корреспонденции Марк- ман вёл разговор на довольно щепетильную по тем временам тему - о практике (вернее, негодной практике) проведения заседаний бюро райкомов партии. Кроме обычной критики срывов плановых заседаний бюро автор выступил против «всеядности» бюро. А это уже было серьёзно. Ведь само положение правящей партии предопределяло необходимость браться буквально за все вопросы - и за экономику, и за культуру, бытовую и интеллектуальную жизнь людей, финансы, кадры, и т. д., и т. п. На ином заседании бюро обсуждалось по 10-12 капитальных вопросов, не считая традиционных - приём в партию и персональные дела коммунистов. Нередко случалось, когда заседания шли ночи напролёт, длились по несколько дней подряд. На заседания вызывались десятки хозяйственных руководителей, которые попусту теряли время, ибо их присутствие часто бывало ненужным.

      А ведь в такой негодной практике был повинен, прежде всего, сам обком партии. Лично мне доводилось присутствовать на таких заседаниях, которые начинались в 10 часов утра и с небольшими перерывами продолжались до 4-5 часов утра следующего дня. Сколько тратилось впустую времени, какую скуку наводили они! Выступает заведующий отделом обкома, обстоятельно докладывает по существу вопроса. За ним начинает говорить первый секретарь обкома, пространно повторяет уже сказанное. Потом заслушивают руководителя предприятия, хозяйства, о ком идёт речь. Тот тоже ничего нового не добавляет. В заключение снова пространная речь первого. И так по каждому вопросу. Помню, на одном заседании уже под утро зав. сектором обкома Ф.В.Кузьмин заснул и упал со стула. Рядом сидящие быстренько помогли ему подняться, усадили на стул. Ведущий бюро так и не понял, Что за шум в зале. Снова потекли монотонные речи...

      К чести «Ленинского пути» нужно сказать, что областная газета, повинуясь требованиям времени, сумела привлечь в качестве авторов многих заметных партийных работников. Как бы там ни было, а это поднимало престиж «Ленинского пути». Активным автором газеты был фронтовик, бывший зав. отделом пропаганды и агитации Ошского горкома партии Михайл Кондратьев, зав. орготделом обкома партии К.Лупин, секретарь обкома по кадрам Г.Сулейкин, зав. отделом пропаганды обкома В.П.Москвитин, руководитель лекторской группы обкома М.Красик, инструктор обкома Б.Павлов, секретарь по кадрам Ошского горкома Д.Савранов, зав. отделом пропаганды и агитации Кызыл-Кийского горкома В.Филатов и многие другие. Их выступления в газете служили отражением многих практических дел, которые решались в области, придавали им определённую политическую окраску, укрепляли авторитет «Ленинского пути».

      И не беда, что эти статьи во многом были «казённы», написаны сухим, протокольным языком, но несли они в себе важную информацию, служили общему делу.

      ПРИШЛИ В РЕДАКЦИЮ ФРОНТОВИКИ

      В конце сороковых, начале пятидесятых годов редакционный коллектив пополнился свежими силами. В «Ленинский путь» пришли фронтовики, люди закалённые, с большим жизненным опытом, своими глазами повидавшие ужасы войны, прошагавшие «пол-Европы, пол-Земли». Они принесли с собой свежий взгляд на вещи, неугомонность, напористость, удивительную работоспособность и дисциплину. Дисциплину отношения к делу, обязательность, чего так не хватало многим прежним работникам.

      Офицер, фронтовик Тимофей Иванович Осташко начинал в газете с выпускающего. В январе 1947 г. партийная организация «Ленинского пути» приняла его в партию. Тимофей Иванович перешёл на творческую работу в отдел писем. Подготовленные им подборки, корреспонденции на бытовые темы украшали газетные полосы, помогали «высвечивать» многие забытые стороны жизни тружеников области.

      Даниил Иванович Шаденков прошёл трудную фронтовую школу, в редакции долгое время работал зав. отделом сельского хозяйства. Исколесил вдоль и поперёк область, прекрасно знал все колхозы и совхозы, их руководителей, специфику каждого хозяйства, многих передовиков. Он с достаточной оперативностью вёл сельскую тематику, яростно борю лея с рутиной и косностью.

      Николай Фёдорович Сорокин также принёс в редакцию неистребимый оптимизм, твёрдую веру в многозначность и справедливость газетного дела. Работал он во многих отделах редакции - промышленности, партийной жизни, возглавлял секретариат, хорошо знал всю многогранную деятельность редакционного коллектива.

      А как не вспомнить общую любимицу Анастасию Ивановну Пономарёву! Тётя Настя, как любовно её называли в редакции, была скромнейшей женщиной, никогда о себе не напоминала. А ведь прошла нелёгкий фронтовой путь. Была военным шофёром, водила машины по легендарной «Дороге жизни» через Ладожское озеро в блокадный Ленинград. Тётя Настя работала в редакции курьером. Ночь-полночь, а она со своей железной тележкой везёт по городу кипу только что отпечатанной газеты «Ленинский путь». Правда, всего 1700 экземпляров, но и это солидная кипа. Надо было попыхтеть, чтобы дотянуть её до редакции. Ведь типография находилась тогда на нынешней улице Курманжан датки, как раз напротив бывшего горторга. Вся эта сторона улицы сейчас снесена, здесь Театральная площадь. А были тут сразу напротив АКБ «Кыргызстан», на углу - облфо, затем горисполком, а следом областная типография. Редакция же находилась на улице Свердлова (ныне Ленина) в полутораэтажном особнячке, в котором нынче расположен городской кожный вендиспансер. Так что три квартала от типографии до редакции для немолодой женщины - путь не близкий.

      Тётя Настя помогала и дежурным по редакции, носила ночью на подпись газетные полосы к редактору, его замести-телю (ведь в типографии присесть негде было, корректоры вычитывали материалы, гранки, зачастую прислонясь спиной к стене), бегала по городским учреждениям с различными поручениями. Эту хлопотливую женщину знали и любили все.

      Николай Иванович Гром ещё в 1939 г. работал в «Ленинском пути» корректором, выпускающим. Потом - армия, фронт, тяжёлое ранение. В 1947 г. вернулся в Ош, в свой коллектив и до 1961 г. был бессменным выпускающим газеты.

      Фронтовики Мирон Владимирович Норинский, Иван Лукьянович Байбарза, Григорий Иванович Дильдяев и другие много сил и энергии отдали ставшей для них родной газете. М.Норинский возглавлял отдел информации, И.Байбарза - отдел партийной жизни, Г.Дильдяев более 40 лет проработал заместителем редактора. Это был умелый организатор, принципиальный руководитель, многоопытный журналист. Часто, не найдя поддержки у заведующего отделом, у редактора, молодые газетчики шли к Григорию Ивановичу, и он терпеливо, кропотливо вникал в суть дела, помогал делом и советом, нередко тут же выправлял материал, наглядно показывая, как должна прозвучать в корреспонденции та или иная мысль, от чего следует отказаться, вычеркнуть как лишнее, что добавить. И молодые журналисты с благодарностью относились к редакционному «боцману», как с уважением в шутку называли зама.

      Лично мне не раз приходилось обращаться к Григорию Ивановичу за советом. Какой бы ни был вопрос, как бы не был занят Дильдяев, он не отмахивался от человека. В крайнем случае, просил зайти через пяток минут - вот тут до зарезу срочно надо загнать в набор статью. И ещё одну черту ценили журналисты у Дильдяева - смелость. Он не боялся сказать человеку правду в глаза, всегда ратовал и за то, чтобы газета носила боевой, наступательный характер.

      Кстати, этим как раз и не обладал тогдашний редактор газеты Ким Михайлович Изюмов. Он тоже прошёл нелёгкий фронтовой путь, но пасовал перед обкомом партии, часто бегал туда согласовывать передовую статью, спрашивать разрешения на публикацию фельетона, узнавать мнение по поводу организации рейда. И этим пользовались в обкоме. Даже простой инструктор отдела пропаганды обкома мог напугать редактора, выразив своё недовольство той или иной публикацией.

      По этому поводу в редакции часто возникали споры, скандалы. И лишь когда редактор отбывал в длительную командировку или уходил в отпуск, все облегчённо вздыхали. И сразу же менялся облик газеты. Появлялись острые заметки, фельетоны, разгромные статьи. Г.И.Дильдяев давал им «зелёную улицу».

      Прямота и бескорыстность, убеждение в своей точке зрения, которые заметно выделяли Г.И.Дильдяева, очень не нравились руководящим работникам обкома партии. Это и явилось главной причиной того, что Г.И.Дильдяев на протяжении долгих лет работы в редакции так и оставался на должности зама. Даже когда бывали перерывы при смене редакторов и Дильдяеву волей-неволей приходилось выполнять обязанности главного, обком не желал утверждать его в этой должности. Более того, не давал и согласия на выплату Г.И.Дильдяеву оклада редактора, хотя лямку главного ему приходилось тянуть по 3-4 месяца.

      Было в областной газете немало и других способных журналистов, о каждом из которых можно рассказать много интересного. Главное - они со всей ответственностью относились к работе, находили в ней интерес и удовлетворение, душой болели за свою газету.

      Владимир Львович Пукасенко,

      журналист, участник Великой Отечественной войны.

      • распечатать
      • отправить другу

      Ещё по теме:

      • Комментарии

        Имя
        E-mail
        Текст
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
        Отправить
        Сбросить