Информационно-аналитический
еженедельник

Издается с 7 ноября 1938 года

ночью
USD26/0556.070.2042
EUR26/0563.01-0.0913

Новости

Популярные публикации

Фотогалерея

Каталог

    • Кто же их научит...

      2016-09-210261Общественный фонд «Благодать» совместно с газетой «Эхо Оша» представляет журналистское расследование на тему: «Особые проблемы профессионального образования на юге Кыргызстана или где продолжить обучение детям с умственными особенностями».

      18 августа текущего года пресс-служба Министерства образования и науки Кыргызской Республики сообщило, что в ста школах страны начат пилотный проект, в результате которого выпускники, кроме аттестатов зрелости получат и свидетельства о профессии.

      Но это касается лишь здоровых детей. Что же до детей с ограниченными возможностями здоровья, то положение не столь радужное. Особенно это касается ребят с ментальными особенностями, поскольку ограничение их жизнедеятельности обусловлено тяжелыми нарушениями психического развития и приводит к нарушению способности к общению, обучению, возможности независимого существования и экономической независимости. Качество жизни людей с ментальной инвалидностью в нашей стране находится на крайне низком уровне. Главная причина в том, что такие люди самостоятельно не могут заявить о своих проблемах и отстаивать свои права. Решением их проблем и отстаиванием прав могут заниматься только родители или их законные представители, а также неправительственные организации. Свидетельством тому стал случай обращения в общественный фонд «Благодать». По словам президента общественного фонда Рахат Шакировой, к ним пришла родительница, чей сын в 2015 году, окончив 8 классов вспомогательной школы №12 в городе Оше, не смог поступить в профессиональный лицей №16 по причине того, что в лицей принимают на базе 9 или 11 классов. «Мама плакала, не знала, как и где найти выход», - вспоминает Р. Шакирова.

      Как оказалось, что дети, окончив вспомогательную школу, остаются за бортом, не имея возможности продолжить обучение, получить аттестат о среднем образовании и профессию, которая бы помогла бы найти место в жизни и не быть обузой родителям. Мы постарались разобраться в этой ситуации.

      Закрыты, но неофициально

      Разговор начистотуК сожалению, нам неизвестно точное количество детей с ментальными особенностями по югу Кыргызстана, поскольку Министерство образования и науки так и не откликнулось на наши запросы, ни устные, ни письменные, с которыми мы обращались 26 и 28 июля текущего года. Мы можем говорить, оперируя теми цифрами, которые получили в результате встреч с администрацией четырех вспомогательных учреждений региона, где учатся и воспитываются дети с особенностями умственного развития: джалалабадском селе Шайдан, кадамджайском селе Уч-Курган, городах Сулюкта и Ош.

      По состоянию на конец 2015-2016 учебного года в этих школах обучалось 547 детей с различными диагнозами: детский церебриальный паралич (ДЦП), задержка психического развития, легкая умственная отсталость, тяжелая умственная отсталость, аутизм, синдром Дауна и др. Из них выпускников - 62 , и только 20 детей поступили в различные профлицеи, остальные остались на попечении родителей.

      До недавнего времени только в сулюктинской школе образование было до 11 класса, учкурганская и шайданская - неполные школы, где обучение ведется до девятого класса. В нынешнем году к ним присоединилась и вспомогательная школа №12 в Оше, где приказом Министерства образования открыты девятые классы.

      В Кыргызстане 110 профлицеев, из них 54 на юге и только в 4 лицеях открыты реабилитационные группы. Чиновники считают, что проблема решена: в открытых реабилитационных группах согласно постановлению правительства №813 от 28 ноября 2002 года профессиональное образование могут получить несовершеннолетние из малообеспеченных семей, дети-сироты, инвалиды, воспитанники детских домов и дети из числа других социально уязвимых категорий.

      Однако открытые группы не ориентированы на детей с ментальными особенностями развития, поскольку для них не созданы специальные условия для получения образования, проживания, отдыха таких ребят. К тому же, вспомогательные школы отдалены от лицеев, где есть реабилитационные группы. К примеру, вспомогательная школа-интернат в Сулюкте - от профлицея №8 в селе Караван, шайданская школа-интернат - от профлицеев №№1 и 75 в городе Джалал-Абаде. 

      В ходе журналистского расследования стало известно, что в двух профлицеях ошском №12 и джалалабадском №75 реабилитационные группы закрыты. Администрация лицеев объяснила это тем, что, мол, ребята не соответствуют требованиям, выдвигаемым для обучающихся в реабилитационных группах, а также отсутствием интереса со стороны молодых людей.

      Комментируя наш вопрос о сложившейся ситуации, главный специалист Агентства начального и среднего профессионального образования (АНСПО) Бегайым Орозакунова отметила, что они официально не закрыты, но не формируются, поскольку недостаточно количество учащихся, а ребята «могут учиться в обычных группах инклюзивно». В случае же когда будет достаточное число желающих учиться, тогда группы будут снова сформированы.

      Недобор, по ее мнению, вызван «рыночной конъюнктурой», невостребованностью таким видом образовательных услуг и недостаточной работой организаций, призванных отстаивать интересы детей с ограниченными возможностями. «Был такой период, когда таких детей было много. Наполнением групп у нас на севере занимались неправительственные организации», - рассказала она, добавив, что зачастую одной из причин недобора является отсутствие у абитуриентов полного пакета необходимых документов. «У Агентства нет ни людей, ни средств, чтобы собирать документы. Наш центральный аппарат также работает с Министерством социального развития. Я ставила вопрос о том, что социальные работники должны сопровождать, помогать в сборе и подготовке необходимых документов», - сказала Б. Орозакунова, добавив, что если неправительственные организации будут помогать в сборе документов, то наверняка у детей не будет никаких проблем при поступлении и учебе.

      Слова об ограниченности ресурсов напомнили случай, рассказанный коллегами-журналистами из ЭЛТР, которые узнали об истории юной ошанки, решившей получить музыкальное образование. В учебном заведении ей отказали, сказавшись на отсутствие специалиста по сурдопереводу: девушка немая, но не глухая. Целый год бабушка девушки изучала язык глухонемых, чтобы помочь внучке общаться с педагогами.

      И таких случаев, когда в силу занятости родителей, зарабатывающих на жизнь, подготовкой детей с ограниченными возможностями к жизни, их социализацией заняты старшие родственники, достаточно. Получается отнюдь не веселый вывод, что при отказе государства от обязанностей, весь груз ложится на плечи родственников, причем старших. Но найдется ли столько бабушек и дедушек, ведь согласно предоставленным нам Министерством труда и социального развития справочным данным, только на юге Кыргызстана, 12 420 детей с ограниченными возможностями здоровья в возрасте до 18 лет из числа получателей ежемесячных социальных пособий.

      Не в конъюнктуре рынка?

      Учиться учитьВернемся же к основной теме. Даже в случае если будут собраны все необходимые документы, дети с ментальными возможностями ограничены в выборе будущей профессии. По словам упомянутого главного специалиста АНСПО Б. Орозакуновой, существует перечень профессий, которыми могут овладеть дети с ограниченными возможностями, в том числе и с ментальными особенностями. Так скажем, одной из таких «разрешенных» профессий, является профессия штукатура, а вот профессия повара уже под запретом, поскольку выдвигает особые требования по здоровью. Б. Орозакунова признала, что этот перечень был составлен еще в советское время. По ее словам, вот уже десять лет (!?) Агентство «работает над его изменением», но пока он остается актуальным, и это несмотря на то, что государства, в котором он был создан, нет уже четверть века.

      В беседе с нами Б. Орозакунова подтвердила и существующую проблему взаимодействия профлицеев со вспомогательными школами в плане неинформированности абитуриентов о существовании таких групп в силу недостаточной рекламы среди населения. «Пиариться надо», - сказала главный специалист АНСПО, говоря о профлицеях. О недостаточности профориентационной работы говорили и родители детей вспомогательных школ. По их словам, даже если и появляются представители профлицеев, то это происходит только в конце учебного года, в мае, и это носит разовый характер. При этом, по свидетельству родителей, профлицеи проводят профориентационную работу в общеобразовательных школах, а вспомогательные школы остаются за бортом. А ведь для таких школ необходимо проводить выездные экскурсии на базы лицеев, чтобы ребята могли увидеть своими глазами учебный процесс в лицеях, чтобы сами студенты могли рассказать о рабочих специальностях. И проводить эти экскурсии не один раз в год, а как минимум два раза в год. В начале года выпускник школы может для себя решить, куда он может поступить и к концу года уже целенаправленно сделать свой выбор в выборе профессии. 

      Президент же общественного фонда «Благодать» Рахат Шакирова уверена: «Профлицеи не заинтересованы, чтобы там обучались дети с ментальными отклонениями. Почему? Потому что, это лишняя головная боль, так как за них еще нужно отвечать, правила безопасности соблюдать, одним словом, за такими детьми нужен глаз да глаз». Это мнение подтвердилось и в беседах с директором одного из лицеев, где была закрыта реабилитационная группа. Руководитель учебного заведения, вопрошал: «Кто будет отвечать, если ученик на занятиях нанесет вред себе или окружающим».

      «На сегодняшний день государство как бы гарантирует получение начального профессионального образования, но не создает достаточных условий для получения его детям с ментальными отклонениями в развитии. А чтобы работали существующие нормативные документы, необходим комплексный подход к решению проблем со стороны лиц, принимающих решение, заинтересованность и добросовестное выполнение своих функций», - уверена президент ОФ «Благодать».

      Барьеры не только в инфраструктуре.

      Разговор о будущемУ детей с ограниченными возможностями остаются и другие барьеры на пути к получению профессии. Мы не будем первыми, кто указал на это, но инфраструктура наших городов, тем более сел, учебных заведений отнюдь не приспособлена под нужды лиц с ограниченными возможностями. Предпринимаемые в этом направлении шаги нельзя назвать удовлетворительными, поскольку они не носят системный характер.

      Как бы ни парадоксально звучало, подвох можно ждать и от своих родителей, и родственников. Так, по словам руководителя общественного фонда «Улыбка» Эльмиры Умаровой, во время реализации ряда проектов дети с ограниченными возможностями стремились получить новые знания и навыки, а их родители не были заинтересованы в этом. «Они не хотели, чтобы детей видели на улице. Они прячут их детей, стыдятся», - возмущенно отметила Эльмира Умарова, вспоминая первые встречи с юными участниками проекта, когда ребята не могли общаться ни друг с другом, ни со взрослыми, но спустя время оттаивали и самозабвенно постигали новые знания. 

      Проблему того, что родители могут не позволить своему ребенку продолжить образование, они указывали на всех встречах, проведенных нами во вспомогательных школах. Причиной таких действий могут быть и материальные трудности в семье, занятость родителей, боязнь за безопасность ребенка. А во время беседы в школе-интернате в селе Шайдан тамошние педагоги рассказали о том, что на летних каникулах дети не хотят покидать стены интерната, им порой некуда идти: живут у родственников, взрослые заставляют их работать по хозяйству. По словам учителей, нередки случаи, когда ребята становятся попрошайками, болеют, недоедают и приходят первого сентября в крайне ослабленном состоянии.

      Не под одну гребенку.

      Эльвира Чжен из «Благодати», которая работала с детьми из вспомогательной школы №12, подчеркивает, что проблемы у детей с ментальными особенностями, которые бы желали получить профессию, иные, чем у остальных детей с ограниченными возможностями. Так, по ее словам, в профлицеях нет специальной адаптированной учебной программы, что может «весьма затруднить обучение», нет специалистов-педагогов, а обучение, которое требует больший индивидуальный подход, что вряд ли осуществимо в настоящее время. «Мастера и педагоги в профлицеях незнакомы с коррекционной педагогикой и переносят известные методические приемы на процесс обучения умственно отсталых детей, пытаясь обучить их логике и содержанию предмета в полном объеме, тем самым завышая уровень доступного образования для этих детей», - отмечает Э. Чжен, считая, что дети могут не потянуть общую программу и как следствие: возникнет психологический барьер, дискриминация со стороны других студентов.

      Дискриминация и стигматизация детей с ограниченными возможностями также одной из серьезных проблем. Причина этого, как считает руководитель отдела защиты детей представительства международной организации ЮНИСЕФ Мунир Маммадзаде, состоит в том, что в Кыргызстане и в целом в странах постсоветского пространства подходят к вопросам инвалидности с медицинской точки зрения: «Ребенка с инвалидностью или нужно вылечить, или забыть. Он больше объект медицинского характера, а не субъект права». Педагоги из вспомогательных школ и опрошенные нами родители выражали крайнюю озабоченность тем, что детей ждет в лучшем случае непонимание или неприятие на улицах, в транспорте, во время учебы.

      Не законом единым...

      За годы независимости в Кыргызстане издан не один нормативный акт, направленный на защиту интересов детей с ограниченными возможностями. Это и Кодекс о детях КР, Законы «Об образовании», «О защите инвалидов», «Основах социального обслуживания населения», «Об охране здоровья народа», «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»... К тому же прибавим Конвенцию о правах ребенка и Конвенцию о правах инвалидов. Последнюю Кыргызстан подписал еще в 2011 году, но пока еще не ратифицировал. А это значит, что и национальное законодательство в этом направлении требует дальнейшего развития. Об этом говорится в опубликованном в декабре прошлого года ситуативном анализе положения детей в Кыргызстане, осуществленном ЮНИСЕФ: «в стране отсутствует нормативная база, не разработаны руководящие принципы, протоколы и стандарты, которые позволяли бы предоставлять качественные услуги и программы для семей, имеющих детей с ограниченными возможностями».

      Однако, даже при наличии всех необходимых законов и других подзаконных актов, гарантии их исполнения остаются под вопросом, поскольку нужны квалифицированные специалисты по работе с детьми с особыми нуждами.

      Законы должны знать и родители: на одной из встреч, взрослые назвали только Конвенцию о правах ребенка. «Недостаток знаний и осведомленности со стороны родителей о правах детей на медицинские и социальные услуги, социальные нормы, стигма и дискриминация, административные барьеры, такие, как сбор необходимых документов, отсутствие преемственности и согласованности в работе государственных учреждений, отвечающих за вопросы инвалидности (ответственность разбросана по разным министерствам без практической координации и управления), в дополнение к высокой текучести кадров, а также недостаток финансовых ресурсов», - отмечают в ЮНИСЕФ существующие проблемы, анализируя положение детей в Кыргызстане.

      Предложения и перспективы

      Вместе с тем, Мунир Маммадзаде из ЮНИСЕФа признал в интервью нам: «Сейчас мы видим, что у Министерства образования и науки, правительства на уровне вице-премьера и в Министерстве труда и соцразвития есть желание создать систему инклюзивного образования. На прошлом заседании Координационного совета по вопросам социальной защиты и прав детей Министерству образования было поручено подготовить пакет предложений по поводу создания системы инклюзивного образования».

      М. Маммадзаде также сообщил, что в Кыргызстане разрабатывается комплексная государственная программа по поддержке семьи и защите детей. ЮНИСЕФ оказывает техническую поддержку в ее разработке. Она предполагает развитие института семьи, изменение поведенческих норм, усиление межведомственного взаимодействия, усовершенствование системы защиты детей, создание сети услуг по поддержке семьи и детей», - сказал он. 

      ПредложенияРодители и педагоги, работающие с детьми с ограниченными ментальными особенностями, не остаются в стороне и предлагают свои выходы из положения. Среди рекомендаций: открытие при профлицеях реабилитационных групп, со специально разработанной учебной программой для детей с умственными особенностями, обеспечение вспомогательных школ необходимым оборудованием для получения профессиональных навыков. Отмечая, что в существующих вспомогательных школах и интернатах «очень узкий выбор обучения определенным профессиональным навыкам», Э. Чжен из «Благодати» считает возможным создать систему практиковавшихся в советское время учебно-производственных комбинатов, которая могла бы стать своеобразной альтернативой. «Но этого недостаточно, что бы дети получили навыки по профессиям, в которых они были бы заинтересованы. В этих комбинатах ученики получали бы сертификаты государственного образца, т. е. аттестат о неполном среднем образовании плюс профессиональную квалификацию», - предлагает эксперт.

      Кроме этого, по ее мнению, целесообразно создать площадку для повышения образования учителей вспомогательных школ, мастеров и педагогов профессиональных училищ, а министерству образования разработать программу для поддержки профессионального образования детей с ментальными нарушениями.

      За тесное взаимодействие руководство школ и администрации лицеев высказывается и руководитель «Благодати» Рахат Шакирова, которая считает , что в начале года проводить встречи администрации школ с педколлективом профлицеев, озвучивать проблемы и пути решения проблем. «В таком тесном взаимодействии можно найти выход из ситуации», - считает Р. Шакирова, отмечая, что четыре реабилитационные группы на три области - это капля в море, а как быть детям, которые живут не там, где есть эти реабилитационные группы. Эти лицеи, как правило, находятся далеко от вспомогательных школ.

      Безусловно, что для каждой проблемы может найтись немало причин и объяснений, почему тот или иной вопрос нерешен. Это и пресловутые бюрократические препоны, и неразработанность нормативной базы, нехватка финансовых средств, нерадивость исполнителей на местах, и прочее, прочее, прочее. Хотелось бы оптимистично верить, что проблемы все же решатся к окончанию начавшегося учебного года. И если не все, то , очень многие выпускники вспомогательных учебных заведений юга Кыргызстана смогут продолжить профессиональное обучение в лицеях, поскольку будут написаны нужные ведомственные инструкции, разработаны и утверждены учебные планы и программы, родители и абитуриенты будут достаточно проинформированы, неправительственные организации и органы соцзащиты подготовят необходимые документы для поступления детей, специалисты на местах на сплошь и рядом будут компетентны.

      Однако существующие реалии не позволяют ограничиться надеждами на безоблачное будущее и думать, что поднятая нами проблема будет решена сразу и сейчас. А потому намерены и в дальнейшем отслеживать ситуацию с доступом к профессиональному образованию детей с ограниченными возможностями. К тому же остается открытым вопрос, что делать тем ребятам, кто в силу сложившихся обстоятельств остался на попечении своих родителей?

      С Полищук

      • распечатать
      • отправить другу

      Ещё по теме:

      • Комментарии

        Имя
        E-mail
        Текст
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
        Отправить
        Сбросить